— А Саманта, всё-таки, решила зеркала закрыть, — с издевательскими интонациями произнесла старшая жена.
Но Саманта не стала закрывать остальные зеркала. Они все развернулись в вертикальное положение без фокусировки.
— По-моему, она закрыла тканью датчик наведения, — заметил Али. — Какая умница!
— Гм! — только и смогла сказать Натача.
Маргарита с трудом могла вспомнить, как и кто её снимал с башни солнечной печи. Зрение расфокусировалось, глаза бегали по сторонам, и казалось, будто весь мир вертится в разные стороны. Она пыталась всё время разглядеть поле гелиостатов. Именно от них, она знала, исходит опасность. Но внизу под башней стояли сумерки, в то время как уже вся долина была залита ярким утреним светом.
— Каррамба! — чертыхался кто-то рядом. Огромный нож кромсает скотч, но прочные нити крепёжной ленты сопротивляются, и низкий женский голос снова изрыгает проклятия.
Её несли на плече. Где-то внизу качались ступеньки трапа, а ещё дальше, на огромном расстоянии, качалось бетонное основание башни и ряды зеркал. Потом был пол флайера, который в один короткий миг крутанулся и превратился в потолок. Мутная волна тошноты подкатилась к горлу и её вырвало.
— Святая Мария! — воскликнул чей-то голос.
Потом её снова несли, перекладывали на каталку. Стремительно двигался потолок, и желудок снова взбунтовался.
— Назира! Ты готова?
Яркий свет. Марго закрывает глаза, но слепящее освещение проникает сквозь веки, окрашенное в кроваво-красный цвет. Железное звяканье инструментов. Покалывание иглы, введённой в вену. Прохладная струя какого-то лекарства. Постепенно наступает успокоение. Мир прекращает бессмысленную пляску и Марго оказывается в блаженном расслаблении.
— Спи, Марго! Отдыхай! Теперь уже всё в порядке!
Чья-то рука ложится ей на лоб и это прикосновение действует не хуже лекарства. А затем пришёл сон.
— К сожалению, я не могу вам её дать! — словно в подтверждение своей неуступчивости Натача взгромоздила на пульт командной рубки свои ноги в армейских ботинках.
— Да, конечно! Я вас понимаю! — Жискар Кретьен вздохнул на том конце линии связи. — А может быть, вы сможете встретиться со мной?
— Вы тоскуете без очередного заложника? — Натача подсознательно положила руку на кобуру подмышкой.
— Нет-нет! Вы не то подумали. У меня есть что сообщить вам.
— Если сообщите сейчас, то я буду к вам более снисходительна! — голос старшей жены зазвенел металлом.
— Именно поэтому мне хотелось бы иметь Марго в качестве адвоката, — захихикал Кретьен. — Но я уверяю вас, что вам нечего бояться. Мы на одной стороне баррикад.
— Ну, разумеется! Когда наши "братки" распотрошили гнездо этих дикарей, вы уже на нашей стороне.
— Я всегда был на вашей стороне! — собеседник обиделся. — Именно поэтому я и хочу вам сообщить ЭТО! Но ни в коем случае не по телефону.
— Ну, хорошо! Я согласна с вами встретиться! Где? Когда?…
Лёгкий четырёхместный флайер сел на крохотную площадку в узком ущелье.
Натача поправила очки, проверила подключённый арсенал.
— Так что, Корасон, ты уже пробовала стрельбу в таких условиях?
— Пробовала! — ответила восьмая жена. — Поскольку нет прямой видимости, лучше использовать реактивные гранаты. Они входят в зону наведения, а дальше управляешь ими ты с очков.
— Жалко, что пулемёты корабля нельзя использовать. Гранаты — это как-то грубовато.
— Ничего страшного. Я свой любимый пулемёт прихватила с собой. А по мелочи Изабель поможет, — Корасон похлопала по корпусу машинки.
Изабель усмехнулась и подмигнула Натаче. Затем распахнула полы куртки, продемонстрировав весь набор метательных и обычных боевых ножей во множестве кармашков.
— Это хорошо. Главное, чтобы этот Кретьен не потребовал, чтобы мы разоружились.
— С какой это стати он нам будет диктовать условия? — Изабель щёлкнула одним из ножей в ножнах.
Натача пожала плечами. В этот миг заиграл телефон.
Жискар Кретьен был одет в длинный плащ с капюшоном. Респиратор закрывал почти пол-лица. Он почти сразу начал диктовать условия:
— Простите за настойчивость, но я хочу вас сперва попросить оставить во флайере очки, телефон, все электронные устройства. Ваши… э-э-э, подруги, тоже должны на время нашего разговора снять очки и отложить их в сторону.
— Ещё чего! — возмутилась Натача. — Может сразу скажете поднять руки и сложить оружие?
— Нет-нет! Вот этого не нужно! Оружие можете оставить при себе. Мне важно только, чтобы на вас не было никакой электроники, а ваши подруги не могли использовать дистанционные микрофоны.
"Паранойя!" — подумала Натача, но исполнила все его требования. Похоже, что этот старичок не простак, знает, что делает.
Кретьен отошёл вместе с ней в сторонку и провёл несколько раз сканером в пространстве вокруг. Убедившись, что индикатор горит зелёным, он сделал знак, один из сопровождающих его людей забрал сканер и удалился.
— Итак! — нарушила тишину Натача. — Что вы такого секретного хотели мне сообщить.
— У меня есть для вас два сообщения: хорошее и плохое. Впрочем, это, наверное, оба плохих. С какого начать?
— Начните в логической последовательности, если она заметна.
