– Мы с вами на одной стороне, – уверенно произнесла Лигия.
Из-за отворота сапога она достала маленький походный ножик и начала ковырять им в замках колодок. Спустя пару минут Далия была свободна от оков.
– Спасибо, спасибо вам, – бессвязно бормотала она, ежесекундно порываясь обнять и расцеловать то Лигию, то пресвитера, то даже Брана, хотя и видела его впервые и совсем не знала о его роли в своем спасении. Однако и на это у ведуньи не было сил. Ее усадили на стул, потому что собственные ноги уже не держали ее.
Только теперь Лигия смогла рассмотреть, в каком плачевном состоянии находилась ее подруга. Изодранное в лохмотья платье с чужого плеча не скрывало синяков, порезов, кровоподтеков, покрывавших все тело. Только что снятые цепи и колодки открыли стертые до мяса запястья и щиколотки. Некогда самая веселая и неунывающая Гестионар Овир сейчас сидела перед Лигией с совершенно потерянным, обезумевшим взглядом и бессвязно бормотала лишь одно слово: «Спасибо». Толпа и тюремщики не смогли сломить ее. Это сделала весть о возможном спасении.
Лигия опустилась рядом с подругой на колени; обхватив ладонями лицо Далии, она подняла его так, чтобы их взгляды встретились.
– Далия, послушай меня. Сейчас мы уйдем, но для этого ты должна быть сильной. Ты меня слышишь? Очнись!
Далия никак не отреагировала. Ее губы беззвучно шевелились, но ни одного слова не срывалось с них.
Тогда Лигия принялась быстро извлекать из карманов своего залатанного жилета маленькие склянки и раскладывать их на полу. Выбрав несколько, она влила их Далии в рот и заставила проглотить. Откупорив следующую склянку, она лишь смочила пальцы несколькими каплями и растерла подруге виски. Следом в ход пошли мази. Лигия накладывала их только на самые тяжелые раны. Ее движения были быстрыми, ловкими, отточенными и сопровождались молитвами. Но на остальное просто не было времени. Покончив с делом, Лигия рассовала оставшиеся склянки по карманам и вновь взяла подругу за плечи.
– Далия! Теперь тебе лучше? Соберись же! Ты знаешь, где твой конь? Где твой кинжал?
– Кинжал забрал черный монах. – Голос Далии звучал все так же слабо, но в глазах появились искорки понимания. – Где Понтий не знаю. Где-то здесь. Его приводили в город.
– Где черный монах может хранить кинжал? – Лигия обернулась к пресвитеру.
– Он носит его на поясе под плащом, я видел.
Лигия в сердцах ударила кулаком по подлокотнику стула и беззвучно выдохнула.
– Вам нужно уходить отсюда, стражники скоро могут явиться, – произнес пресвитер, опасливо поглядывая на дверь. – Здесь есть тайный проход. – Он указал на ничем не примечательную нишу в дальней стене. – Выведет в рощу за пределами города. Уходите скорей.
Старик подошел к маленькому окну и засунул ладонь в одному ему известную щель в каменной кладке. Где-то в стене раздался глухой щелчок, и невидимая прежде дверь в нише подалась вглубь.
– Помогите мне. – Пресвитер налег на каменную дверь и с помощью Лигии и Брана смог раскрыть ее так, чтобы мог протиснуться человек. – Когда-то во времена войн храм был последним убежищем от врага для жителей этого города. Поэтому прорыли этот ход, чтобы можно было вывести людей из осады. Бегите, пока есть шанс. Да поможет вам Отец Небесный.
– Далия, нужно идти. – Лигия помогла подняться подруге и подвела ее к потайной двери. Снадобья Гестионар Овир почти привели Далию в чувства.
– Постойте, а как же Мальдо? – воскликнул Бран. – Он с Семечкой будет искать нас!
– Мальдо? – переспросил пресвитер. – Вы про одноглазого человека с деревянной ногой, который живет на болоте? Я знаю его. Я передам ему, где вас искать.
– В этом нет нужды. Я остаюсь, – решительно сказала Лигия, прервав монаха. – Бран, помоги Далии добраться до выхода. Спрячьтесь где-нибудь. Я обязательно найду вас, если…
Она осеклась, но продолжать и не нужно было.
– Что? Ты с ума сошла! – Голос Брана сорвался, к глазам подступили слезы.
– Лигия, тебе нельзя оставаться. Тебя схватят. И тогда сделают то, что не закончили со мной! – подхватила Далия.
– Я не смогу помочь еще раз. И так не знаю, что черный монах сделает со мной, когда узнает, что я помог бежать Гестионар Овир, – добавил пресвитер.
– Я знаю все это. – В голосе Лигии звучала решительная обреченность. – Но если и здесь Образ осквернен? Если черный монах выпустит тварей здесь? Вы хоть представляете, что произойдет? Город будет обречен! Никому не укрыться от тварей Нечистого. Здесь все погибнут!
– Лигия, эти люди… – Такая злоба отразилась на лице Далии при упоминании горожан, что Брану стало страшно. – Ты и не представляешь себе, что они делали со мной. Они собирались убить меня, разве ты забыла?! Здесь некого спасать! Они не невинны. Оставь их, пусть это будет их карой.
