Келвин приоткрыл губы, чутко откликаясь на прикосновения любимого, чтобы впустить его язык внутрь. Итан полностью отдался во власть жадного поцелуя, чувствуя, как от одного только запаха партнера по его телу волной прокатывается жгучее желание. Ему отчаянно хотелось ощутить всем телом обнаженную кожу Келвина, и поцеловать каждую крошечную веснушку на его щеках, плечах и спине. Келвин, страстно отвечая на поцелуй, тихо застонал, когда Итан обхватил его за талию и крепко прижал к себе. Дышать становилось все труднее. Их руки беспорядочно шарили в темноте, забираясь под одежду. Итану отчаянно хотелось без слов дать Келвину понять, насколько сильно его желание.
Итан обвил свой язык вокруг языка Келвина и отстранился. Проложив влажную дорожку из поцелуев от его подбородка вдоль линии челюсти, он спустился ниже, к шее. Его пальцы, забравшись Келвину под футболку, скользнули по его гладкой коже и не спеша спустились к поясу джинсов. Стремясь вновь ощутить пьянящий вкус партнера, Итан вовлек его в еще один жадный поцелуй. Каждое движение распаляло его все сильнее. Он нетерпеливо расстегнул на Келвине джинсы и вместе с боксерами потянул их вниз, застонав, когда напарник, упираясь ладонями в колонку, приподнял ягодицы, чтобы помочь ему. Высвободив истекающий смазкой член, Итан обхватил его ладонью.
Итан хрипло зарычал, когда услышал, как протяжно застонал Келвин. Никто и никогда больше не будет причиной подобных стонов. Никто, кроме Итана. Мысли, что на том свидании с Батистой, не все действия Келвина могли быть игрой, разбивали Итану сердце. К счастью, тому удалось выпытать нужную информацию до того, как все зашло слишком далеко. Итан предпочитал знать о своем друге все, но в ту ночь слышать его вздохи было настолько невыносимо, что он таки отключил наушники. Но теперь все изменилось. Те звуки нельзя было сравнить с тем, как Келвин стонал в эту минуту, как прерывисто он вздохнул, впиваясь пальцами в плечи Итана, когда тот, опустившись на колени, обхватил губами его возбужденный член. Никогда прежде Итан не слышал от Келвина таких глубоких, наполненных наслаждением стонов. Связано это с работой или нет, но никто больше не коснется губ его друга. Никто, кроме Итана. Зверь внутри него одобрительно зарычал.
— О боже, Итан, — выдохнул Келвин, запуская пальцы в коротко стриженые волосы своего друга, пока тот с упоением сосал его член. Всхлипы и стоны, доносящиеся из груди Келвина лишь подстегивали Итана. Он хотел слиться с ним, вобрать его в себя, прижать крепче и больше не отпускать. Келвин подал бедра вперед и Итан подхватил его под ягодицы, принимая в себя член партнера до самого основания. Он просто с ума сходил от смеси пьянящего запаха тела с нежным, едва уловимым ароматом геля для душа, которым пользовался его друг. Итан начал наращивать темп, усердно двигал головой вверх-вниз, жадно слизывая сочащуюся из головки смазку. Пальцы инстинктивно сжали упругую округлую задницу, которая так и умоляла трахнуть ее.
— Итан, — предупредил Келвин, дернув бедрами, но тот лишь сжал губы и, прижимая язык к основанию напряженного эрегированного ствола, ускорился еще сильнее. Услышав, как его друг низко стонет с его членом во рту, Келвин тут же почувствовал приближающийся оргазм. Теплый тесный рот Итана наполнился горячей вязкой жидкостью, у которой был вкус удовольствия Келвина, и Итан жадно проглотил каждую ее каплю. Он продолжил сосать, пока член Келвина не стал гиперчувствительным. Тогда Итан осторожно выпустил его изо рта и облизал губы. Он поднял голову и посмотрел на своего друга глазами полными страсти. По телу Келвина пробежала дрожь. Он мягко потянул Итана на себя, заставив подняться, и соскочил с колонки на пол. Торопливо натянув штаны, он поправил остальную одежду, не отрывая при этом от Итана внимательного взгляда синих глаз. Затем шагнул вперед и, осторожно коснувшись груди высокого териана, спросил охрипшим от частых стонов голосом.
— Скажи, чего ты хочешь?