Таким образом, они на пару с Мокрушиным почти полтора месяца откровенно валяли дурака. Володька даже чуть не женился, но так и не смог из нескольких своих подружек выбрать единственную – говорит, мол, они все ему милы. Бушмин, как примерный семьянин, каждый день появлялся дома – у них с Леной служебная квартира в «закрытом» городке Балашиха-2. Редкой красоты женщина, его Лена. Ума палата. Море обаяния. Никто из друзей и знакомых не понимает, зачем она вышла замуж за такого отпетого головореза, как известный в узких кругах Андрей Бушмин по прозвищу Кондор. А теперь один крутой товарищ начинает задумываться о разных там памперсах и прочих подобных вещах. Готовится стать отцом. Потому что у него и его раскрасавицы жены скоро будет ребенок. Их первенец. Лена беременна, на седьмом месяце.
Такие вот мысли пронеслись в голове Бушмина, пока он курил сигарету.
Перепалка тем временем закончилась. Штабник выбрался наружу, сопровождаемый напутствием Мокрушина: «Передай им от меня, что все они козлы!»
Бушмин снова зашел.
– Кто это здесь грозится снять с себя погоны?!
– Да пошли они все… – Заметив, кто появился в кунге, Мокрушин осекся. – О-о! Здорово, Андрюха!
– Рад тебя видеть, Рейндж!
Обнялись, похлопали друг дружку по спине, отстранились, сохраняя на лицах довольные ухмылки. Мокрушин был всего на несколько сантиметров ниже своего дружка. Одет же в камуфляж без знаков отличия. Волосы у него темные, почти черные. Поскольку он последние два месяца усиленно отращивал бороду, видок у него тот еще. Выглядит как самый натуральный чечен.
Но чувствуется, что устал. Хотя Володька – мужик двужильный. Похоже, что и его допекло. Весь какой-то закопченный, словно его все это время над жаровней держали. Посмотришь на такого – то ли «чичик» перед тобой, то ли араб из саудовских. И глаза налились кровью, наверное, уже забыл, когда нормально спал.
– Трезвый? – на всякий случай поинтересовался Бушмин.
– Ты че? Когда тут пить? Я и не помню, когда последний раз стопарь принимал.
– А чего тогда разоряешься? Орешь так, что даже «чичики» в городе переполошились…
Криво усмехнувшись, Мокрушин придвинул другу табуретку, сам тоже уселся. Оглядевшись, Бушмин понял: в кунге они не одни, кто-то спал в углу, накрывшись с головой одеялом.
– Шувалов рассказывал, что ты со своими намедни с гор спустился… Как сходили? Что хорошего видел? Что в клювике начальству принес?
Немного помолчав, Бушмин ответил:
– Нормально, в общем-то, прогулялись. Шесть суток в рейде были. Ни мы нохов не напрягали, ни они нас. Мы повсюду ужиком, ужиком… Не борзели, короче. Что видели? Разведали вход в Аргунское ущелье…
– Дуба-Юрт? Чишки?
– Ну да. Еще окрестности Варанды и Дачу Борзой. Серьезные у них там укрепления… Нохи кишмя кишат. И арабы тоже там из «Фаттаха». Напоследок навели авиацию на укрепрайон в дефиле, возле Чихи-Юрта. А вчера под вечер нас сняли двумя вертушками… Если совсем коротко, то все у меня тип-топ. А где, кстати, Шувалов?
– Был в штабе, сейчас к особистам пошел. Там сейчас всех «духов» до кучи собрали, тех, кого за последние сутки на окраинах отловили. Надо кое-какую информацию из них выбить… Двоих я приволок. Потерял тоже двоих этой ночью. С утра вот их в госпиталь провожали…
– Не насмерть?
– Тьфу-тьфу, – сплюнул суеверный Мокрушин. – Наши же, кстати, обстреляли, вэвэшники, на обратной дороге, мать их перемать!
– Далеко ходили?
Протянув сигарету товарищу, Бушмин чиркнул зажигалкой, потом сам прикурил.
– Не-а… – Пыхнув дымом, Мокрушин энергично помотал головой. – Неделю назад мы прошли до самого моста через Сунжу – и нормально вернулись. А счас все на хрен перекрыли. До «крестовой» больнички сбегали – тут же назад…
– А пошто «чичиков» пытают? И вообще, что у вас тут творится?
Задав вопрос, Бушмин вдруг вспомнил о тех троих «языках», которых доставил в Моздок. Удалось ли вызнать у них что-либо полезное? Где они сейчас находятся? В Моздоке? Иди повезли в какое-то другое место?
Но в принципе ему глубоко наплевать на этих субчиков. Он свое дело сделал, пусть ими другие занимаются, те, кому это положено по службе. А потому дальнейшая судьба этой троицы Андрея Бушмина совершенно не волновала.
– А ты что, Андрей, не в курсе? – удивился Мокрушин. – Не знаешь, что у нас тут случилось?
– Откуда мне знать? – пожал плечами Бушмин. – Ты же сам сказал, что я только намедни с гор спустился. Ну, так что у вас здесь приключилось? И с чего это вдруг ты вздумал больших начальников козлами обзывать?
Мокрушин кивнул в сторону входа, туда, где за мгновение до этого возник чей-то силуэт.
– Начальник наш вернулся. Вот он тебе, Андрюша, сейчас все популярно и объяснит.
– Что, «дембеля», небось на чемоданах уже сидите? – проворчал Шувалов. – Ну, и какие планы? Где оторваться надумали, у нас? Или за бугор махнете, на берега теплых морей? У меня, кстати, есть для вас хороший туристический маршрут. В город Джохар. Приходилось о таком слышать?
