Шёл он необычайно быстро для себя, ветер давал ему одну подсказку — враги близко. Хотел бы Лэас быть ещё и бесшумным, но не выходило. Всё время он задевал своей одежду кусты, к счастью, твёрдая ткань не позволяла себя так легко порвать. Иногда он наступал в грязь и несколько секунд молчал, будто рядом стоял враг. Всё это происходило из-за скорости Лэаса, но и тут ничего нельзя было поделать — если он не успеет к новому огнищу или придёт только к утру, то не осуществит свой план, а может быть, потеряет след или умрёт, ибо второй раз этот трюк даже с такими “воинами” не пройдёт. Лэас шёл уже тридцать минут, с момента усиления дальнего пламени его ориентиром стал ещё и почти невидимый здесь дым. Наконец он подошёл к лагерю достаточно близко и удивился, ибо он догнал их очень скоро, всего за несколько дней. Всё же подходить к костру вплотную было бы глупостью. Тем не менее и без этого он увидел двух человек, которые спорили о чём-то. Он хотел всё применить приём, но понял, что не сейчас, это бесполезно и опасно. Разговаривали всего двое — мужчина и женщина. Голоса их было отчётливо слышно, но вот лица скрылись в ночи. Лэас представил себе и одного, и другого — оба с виду наверняка прилизаны и неприятны. Пришёл же он не на начало разговора, лишь на какие-то крики, которые выглядели довольно странно, бестолково и смешно вне контекста.
— Дакс! Когда ты успел так поглупеть? Ты не видишь? На нас открыли охоту, как на зверей. Мы не может ничего изменить и это только из-за вашей с Бонумом глупости, — это произнесла девка. Говорила она рьяно, но старалась не кричать. Гнев и печаль всё равно вырвались из её глотки. Лэас же истерики ненавидел. Тем не менее, баба была права, ибо они истинно не смогут изменить свою судьбу. Это предсказание, конечно, её не спасёт. Лэас вновь посмотрел на арбалет и всё же решил окончательно — не сегодня. Он не глуп, не будет стрелять в людей так близко к их лагерю, тем самым обеспечит себе выживаемость.
— Неужели тебе на всех плевать? Утро ничему не научило? Тилл не заслуживает отмщения, а мой друг спасенья? Это ты хочешь сказать или что? Всё о возможности изменить что-то было оговорено утром. Она у нас есть, больше пересказывать не собираюсь! — Парень кричал, в отличие от девушки, он не приглушал звуки, не делал слова мягче. Лэасу же они казались смешными, особенно его позабавило отмщение. Эти люди слепы, а у таких обычно не получается даже цель нормально найти, а отомстить уж тем более. Лэас чуть не засмеялся на словах о спасение одного из соратников, оба давно мертвы и один по собственной воле. Больше всего Лэасу нравился факт — эти люди являлись худшими разведчиками, какими они тогда окажутся воинами? Лэас предполагал, но представить не мог, ибо вместо хоть чего-то была пустота и кровь.
— Я уже сказала о своём отношение ко всем, они мне не чужды. Встречный вопрос — тебе плевать на здравый смысл, на меня? Я понимаю, почему ты так реагировал утром, но сейчас должен перестать. Ты был умён, мог обхитрить любого, теперь же обманываешь лишь себя, вовлекаешь в этот самообман и меня. Ты ослеплён местью, превращаешься в идиота, — последние слова девка смаковала, но в принципе говорила всё спокойно. Это было непонятно Лэасу, ибо парень, который вёл с ней диалог, не мыслил как-то особенно, а она совершала попытки переубедить безумца. Права девка оказалась во всём, кроме отношения к такому человеку.
— Теперь я идиот? После всего, что я сделал? Понимаешь, я не плюю на здравый смысл, не уподобляюсь тебе. Я всё ещё тебя не бросил, хотя поводов достаточно даже сейчас. Всегда ты была мне дорога. Лишь один факт меня останавливает от принятия твоей позиции — мне не плевать на убийцу моего брата, который пока что жив. Ты хоть знаешь, кем для меня был Новисай? Навряд ли, по глазам вижу, да и плевать тебе на него, — произнёс он это сбивчиво и довольно странно. Для Лэаса в таком поведение виделись одновременно бессмысленные слова и уход от темы. Девка, конечно, задавалась вопросом, нужна ли она этому парню, но не на нём сделала акцент. Фактически Лэасу было глубоко плевать, он лишь выуживал из их слов то, куда они пойдут завтра, а пока что получил только затёкшую ногу, постоянный запах пота, который дополняли укусы мошек и грязь по всему телу.
— Мне не плевать на Новисая, если ты хочешь знать, но мы упустили шанс, пойми уже. Он был, я не говорю обратное, но повторюсь — он пропал. Мщение охотникам теперь, когда они окончательно исчезли в лесах, — ужасная затея. Сам же знаешь — скрытны, бесчеловечны и опасны, — произнесла девка это с каким-то страхом и Лэасу такое было даже в угоду, его же хвалили. Всё-таки ему дали сегодня повод для шутки, ибо он один.
— Нашла мне доказательство — сказки. Я тоже слышал их от родителей. Видел я стариков и шлюх, которые сочиняли легенды о страшных охотниках и тут же рассказывали. Как ты вообще можешь подвергать сомнению наш успех из-за своих детских страхов? — произнёс парень и тем обидел Лэаса, но всё же смех вновь его переполнил, но остался внутри. “Сказки” сочиняли сами охотники.
