– Ну, всё знать – это наша работа, – усмехнулся я и тут же представился крайним, киношным, ракетно-академическим именем из своего фальшивого удостоверения: – Капитан Башкирцев Андрей Ильич, Первое управление Главного разведывательного управления Советской армии. То есть я – из советской разведки. Надеюсь, это понятно? И в данное время мы здесь кое-что разведываем…
Конечно, не «меня зовут Бонд, Джеймс Бонд», но тем не менее я старался, чтобы эта белиберда прозвучала из моих уст как можно солиднее.
– То есть вы здесь не один?
– Попрошу не перебивать и не отвечать вопросом на вопрос, мы не в Одессе. В доме моя напарница, в окрестностях работают ещё несколько наших групп, а следом за нами сюда придут либо танковые армады с востока, либо прилетят тяжёлые бомбардировщики с атомными бомбами на борту. Но это уже в зависимости от результатов этой самой разведки. А вот что ты-то здесь делаешь, красавица? Да ещё и связанная по рукам и ногам, в подвале и с кляпом во рту? Ведь, насколько я помню, твой семейный бизнес – это какой-то там «экспорт-импорт»?
– А можно всего один вопрос?
– Валяй, задавай, – разрешил я, сразу же прикидывая, что именно буду врать ей в ответ, причём так, чтобы прозвучало убедительно. А то про каких-то там посланцев из будущего и альтернативной реальности рассказывать было совершенно бессмысленно – всё равно ни за что не поверит. Тем более что в тот раз её, насколько я помнил, кто-то нанимал за деньги и явно «втёмную», а я тогда и вовсе изображал чеха с неприличной фамилией…
– Скажите, а откуда разведка Советской армии столько знает о моей скромной персоне?
– Вообще-то, честно говоря, это я тебе задолблюсь объяснять, но если кратко – перед заброской мы обычно изучаем очень много разного сопутствующего материала, включая фото и досье людей, которыми наше ведомство когда-либо интересовалось. На память я не жалуюсь и вполне чётко опознал тебя, как человека, который может представлять интерес. Только, скорее, не для Министерства обороны Советского Союза, а для «соседей» из Комитета государственной безопасности, поскольку человек этот имеет какое-то отношение к контрабанде и контрабандистам. Я всё верно излагаю?
Для моей собеседницы это, похоже, было вторым неслабым шоком. Ей оставалось только горестно задуматься о том, что это за такие всемогущие, вездессущие и вездесрущие организации – ГРУ и КГБ? Особенно если они столько знают чуть ли не про каждого, кто живёт за «железным занавесом», а их сотрудники настолько круты, что способны держать в памяти целые картотеки? Но истерить или впадать в панику она не стала – тут надо отдать ей должное…
– Повторяю вопрос: что ты тут делаешь, в погребе, связанная и с кляпом во рту? – задал я тот же вопрос.
И она начала рассказывать. Несколько сбивчиво, поскольку не всегда сразу подбирала правильные русские слова, но всё же получилось вполне понятно.
