Вожак развернулся к новой угрозе. Его челюсти раскрылись, демонстрируя ряды острых как бритва зубов. Он двинулся к девушке, которая продолжала стрелять, уверенно шагая вперёд, а не отступая.
Это было мгновение, которого ждал Риддик. Он выскользнул из тени, как сама смерть, материализовавшаяся из пустоты. Диск Хищника, который он забрал ранее, вылетел из его руки, описал дугу и вонзился в заднюю лапу Вожака, отсекая её по колено.
Тварь закричала — пронзительный, режущий слух звук. Она развернулась к Риддику, но было поздно. Он уже был рядом, двигаясь быстрее, чем мог уследить человеческий глаз. Лезвие рассекло вторую заднюю лапу, лишая монстра опоры.
Вожак рухнул, но даже падая, атаковал — хвост метнулся к горлу Риддика. Тот перехватил его одной рукой, сжал с нечеловеческой силой и вывернул. Хитин треснул, зеленоватая кровь брызнула на пол, прожигая металл.
Диск вернулся в руку Риддика, словно послушный питомец. Одно движение — и передняя лапа Вожака отделилась от тела. Второе — и вторая лапа постигла ту же участь.
Изувеченный, лишённый конечностей, Вожак извивался на полу, испуская волны ярости и боли. Его вторичные челюсти выстреливали вперёд в бессильных попытках дотянуться до врага.
Риддик опустился на корточки перед поверженным монстром. Медленно, с намеренной театральностью, он снял очки, обнажая свои серебряные глаза. Они светились в полумраке ангара неестественным, почти потусторонним светом.
— Посмотри в глаза своему кошмару, — прошептал он, так тихо, что только Вожак мог услышать.
Диск взметнулся в последний раз. Чистый, хирургически точный удар отделил голову от тела. Она откатилась на несколько метров, челюсти всё ещё щёлкали в предсмертной агонии.
Риддик поднялся, вытирая диск о свою одежду. Тело Вожака всё ещё подёргивалось в конвульсиях, кислотная кровь растекалась по полу, прожигая металлические плиты.
Он убрал очки в карман, позволяя своим серебряным глазам свободно изучать пространство. Женщины медленно выходили из укрытия — блондинка в халате всё ещё тряслась, утирая слёзы, а рыжеволосая девушка смотрела на него с неприкрытым интересом.
Риддик направился к ним, удерживая диск в расслабленной руке — не угрожая, но и не выпуская оружие.
— Неплохой бросок, — сказал он, кивнув рыжеволосой. — Где научилась?
Девушка выпрямилась, задрав подбородок. В её глазах не было страха — только настороженность и что-то, похожее на гордость.
— Выросла на Тарксисе Прайм, — ответила она. — Там либо учишься бросать первым, либо долго не живёшь.
Тарксис Прайм. Риддик слышал об этой планете. Шахтёрская колония на дальнем рубеже, известная беззаконием и жестокостью. Место, где слабые не выживают.
— Видно, — кивнул он.
Риддик окинул взглядом ангар, оценивая ситуацию. Несколько челноков выглядели исправными, путь к ним был свободен.
— Вам нужно уходить, — сказал он. — Корабль не продержится долго.
Блондинка в халате сделала шаг вперёд, всё ещё дрожа.
— А ты? — спросила она неуверенно.
Риддик не ответил. Вместо этого он повернулся, указав в сторону двери.
— Я нашёл здесь мальца. Он полетит с вами.
Женщины переглянулись с недоумением.
— Какой малец? — спросила рыжеволосая, нахмурившись.
Риддик резко повернулся. Мальчика не было. Он быстро просканировал пространство ангара — за контейнерами, под обломками, в тенях. Никого.
— Он был со мной у входа, — произнёс Риддик, двигаясь к двери. — Маленький, худой, напуганный.
Блондинка покачала головой.
— Мы никого не видели.
Риддик замер. Он был абсолютно уверен, что оставил мальчика у двери. Просил его не двигаться. Даже если бы тот решил сбежать — Риддик услышал бы. Увидел бы. Почувствовал бы движение.
Ангар был слишком большим, слишком открытым. Негде спрятаться так, чтобы Риддик не обнаружил. А если мальчик побежал дальше, по коридорам — он бы не успел уйти далеко.
Холодок пробежал по спине Риддика. Ощущение, которого он не любил. Что-то было не так. Совсем не так.
— Это место, — медленно произнёс он, — опасно не только из-за монстров.
Он почувствовал движение воздуха за спиной за долю секунды до того, как услышал яростный рёв. Инстинкты сработали быстрее мыслей — Риддик отпрыгнул в сторону, перекатился и вскочил на ноги.
Хищник стоял там, где мгновение назад был он. Но это был уже не тот расчётливый охотник, которого Риддик видел раньше. Глаза инопланетянина горели безумной яростью, мандибулы щёлкали в исступлении, с них капала зеленоватая кровь. Он сорвал с себя остатки брони, обнажив мускулистое тело, покрытое ритуальными шрамами. Вместо отрубленной руки в плечо было вставлено грубое металлическое лезвие, сочленения которого пульсировали, словно живые.
Хищник издал звук, которого Риддик ещё не слышал — высокий, вибрирующий вой, от которого заложило уши. Ярость. Чистая, неконтролируемая ярость берсерка.
Он атаковал с невероятной скоростью, металлическое лезвие рассекло воздух там, где секунду назад была голова Риддика. Тот отступил, оценивая противника. Хищник двигался иначе — дёргано, непредсказуемо, словно каждое его движение было независимым от предыдущего.
