Из бокового коридора выбежал человек в странном инженерном костюме — массивном, с многочисленными металлическими пластинами и встроенными сенсорами. Шлем с тремя вертикальными прорезями для обзора скрывал лицо. Но что действительно привлекло внимание Риддика — оружие в руках незнакомца.
Это не было стандартным огнестрельным или энергетическим оружием. Устройство напоминало модифицированный инженерный инструмент — с тремя вращающимися лезвиями, установленными на конце, и генератором плазмы, интегрированным в рукоять. Резак. Промышленный инструмент, превращенный в смертоносное оружие.
«Инженер, — мгновенно определил Риддик. — Выживший из технического персонала».
Словно в подтверждение его мыслей, из глубины коридора хлынула волна ксеноморфов — не менее десятка, мелких особей, но от этого не менее смертоносных. Они атаковали слаженно, волной, как единый организм.
Инженер встретил их с хладнокровием профессионала. Резак в его руках ожил, лезвия закрутились с невероятной скоростью, рассекая воздух с пронзительным визгом. Первый ксеноморф лишился головы одним диагональным движением. Второй был распилен вдоль, от черепа до хвоста. Третий получил заряд плазмы в грудь, разлетевшись кровавыми ошметками.
Риддик наблюдал за методичным истреблением тварей с профессиональным интересом. Инженер двигался экономно, без лишних движений, используя массивный костюм как преимущество, а не помеху. Четвертый, пятый, шестой ксеноморфы пали под его резаком.
Седьмая тварь попыталась зайти сбоку, но инженер развернулся и запустил в нее небольшой диск — временную мину, мгновенно разорвавшую существо.
Восьмой, девятый, десятый ксеноморфы погибли так же быстро, как и первые. Последнему инженер просто раздавил голову тяжелым ботинком, когда тот попытался подняться после падения.
Но он не заметил еще одну тварь, спускающуюся по стене за его спиной — бесшумно, как сама смерть.
Риддик действовал инстинктивно. Частично из уважения к человеку, который только что в одиночку уничтожил десяток монстров. Частично из-за необходимости в информации, которой этот инженер, несомненно, обладал.
Выбив решетку вентиляции одним ударом, Риддик скользнул вниз с грацией хищника. Его рука обхватила инженера поперек груди, а другая зажала визор шлема, погружая обоих в темноту ближайшей ниши.
— Не двигайся. Не дыши, — прошептал он прямо в аудиорецептор шлема.
Ксеноморф, потеряв цель из виду, проскользнул мимо их укрытия, принюхиваясь и поворачивая безглазую голову. Через минуту он скрылся в боковом коридоре.
— Какого черта? — прохрипел инженер, когда Риддик ослабил хватку.
— Я только что спас твою жизнь, — спокойно ответил Риддик. — А теперь ты можешь отплатить мне информацией. Что это за корабль и что здесь произошло?
Инженер снял шлем, обнажив изможденное лицо с глубокими тенями под глазами. Взгляд человека, видевшего слишком много смертей.
— Корабль называется «Ишимура», — ответил он, все еще тяжело дыша после схватки. — Добывающее судно компании «КЕК». Мы... мы наткнулись на что-то во время стандартной операции по добыче ресурсов. Обелиск. Черный артефакт неизвестного происхождения. После того, как мы подняли его на борт, начался ад.
Инженер сжал резак крепче, костяшки пальцев побелели.
— Сначала люди начали сходить с ума. Затем появились эти... твари. Они убивали экипаж, превращали мертвых в себе подобных. Инфекция распространилась по всему кораблю за считанные часы.
Он посмотрел Риддику прямо в глаза, не отшатнувшись от их серебристого блеска.
— Спасибо, что спас меня. Я... я должен найти свою жену. Она работала в медицинском отсеке, когда все началось. Если она еще жива...
Риддик кивнул. Он понимал это стремление, хотя сам никогда не испытывал подобной привязанности.
— Оставь один челнок для нас, — попросил инженер. — Если я найду ее... нам нужен будет способ выбраться отсюда.
— Один челнок, — согласился Риддик. — Но только если выберешься. Я не буду ждать.
Инженер кивнул, надел шлем и, проверив заряд резака, скрылся в коридоре.
***
Оставшись один, Риддик прислонился к холодной стене, позволяя мыслям течь. Естественный отбор. Пищевая цепь. Извечная борьба, где сильные пожирают слабых, а затем становятся пищей для еще более сильных.
Ксеноморфы. Хищник. Человек с резаком. И он сам. Кто из них находится на вершине этой импровизированной пирамиды? Кто выживет, когда все закончится?
В глубине сознания зашевелилось сомнение — чуждое, непривычное ощущение. Не оказался ли он, Риддик, всегда считавший себя верхушкой пищевой цепи, где-то посередине или даже в самом низу?
Он закрыл глаза, погружаясь в древнюю технику медитации своего народа. Фурианцы владели искусством успокоения разума даже в самых отчаянных ситуациях. Дыхание замедлилось, сердцебиение выровнялось. Мысли, как рой испуганных птиц, постепенно собрались в единый, сфокусированный поток.
Когда Риддик открыл глаза, они сияли с новой интенсивностью — холодные, безжалостные, как бездна космоса за бортом корабля.
— Я всегда на вершине пищевой цепи, — прошептал он, слова прозвучали как клятва. — Всегда.
