Второй ксеноморф атаковал сверху, спрыгнув с потолочных перекрытий. Хищник извлек с пояса диск — идеально круглый, с лезвиями по периметру. Броском, который показался бы невозможным физически, он запустил оружие. Диск срикошетил от стены, от потолка и вонзился в череп существа, расколов его пополам.
Ксеноморф рухнул на пол, дергаясь в предсмертной агонии. Диск, вырвавшись из черепа, продолжил свой смертоносный полет и вонзился в стену — в считанных сантиметрах от лица Риддика, скрытого во тьме вентиляции.
Тишина. Риддик не шевелился, не дышал. Каждый нерв, каждая клетка его тела застыли в абсолютной неподвижности — искусство, отточенное годами выживания в самых жестоких тюрьмах галактики. Даже воздух вокруг него, казалось, замер.
Диск, вонзившийся в металл в миллиметрах от его лица, вибрировал на частоте, почти неуловимой для человеческого уха, но Риддик слышал этот звук — тихий, поющий голос смерти. Тончайшая струйка крови стекала по его щеке от микроскопического пореза — диск прошел настолько близко, что срезал несколько клеток кожи.
Медленно, очень медленно, он протянул руку и извлек диск из металла. Оружие было теплым на ощупь, идеально сбалансированным, с узорами на поверхности, напоминающими древние руны. Риддик провел пальцем по краю — острее бритвы. Одним плавным движением он закрепил трофей на поясе
Из темноты бокового коридора возникла новая угроза. Третий ксеноморф был не просто крупнее своих предшественников — он был другим. Черная хитиновая броня с синеватым отливом, более массивный череп с гребнем, выступающие шипы на спине и суставах. Движения этой особи отличались от хаотичной агрессии рядовых особей — в них чувствовался расчет, тактика, почти разумный подход.
Это был преторианец — телохранитель королевы или вожака.
Существо не бросилось в атаку немедленно. Оно замерло в дюжине шагов от Хищника, изучая противника. Удлиненный череп поворачивался из стороны в сторону, слепое лицо без глаз каким-то образом оценивало ситуацию. Из пасти медленно стекала вязкая слюна, прожигающая пол с шипением.
Хищник тоже не спешил атаковать. Он выпрямился во весь рост, расправил плечи, демонстрируя полную готовность к бою. Маска скрывала его лицо, но поза выражала абсолютную уверенность в своих силах. Одним плавным движением он извлек из наручей церемониальное копье — телескопическое оружие, мгновенно удлинившееся до полных двух метров.
Оба противника кружили, примеряясь друг к другу. Воздух между ними словно наэлектризовался, каждая молекула вибрировала от напряжения.
Преторианец атаковал первым — рывок такой стремительный, что Риддик, даже со своим улучшенным зрением, едва уловил движение. Ксеноморф преодолел разделяющее их пространство одним прыжком, все четыре конечности выброшены вперед, когти готовы разорвать, челюсти широко раскрыты.
Хищник встретил эту лавину смерти с неожиданной грацией. Уклонившись буквально на миллиметры, он развернулся вокруг своей оси, позволяя ксеноморфу пролететь мимо, и нанес удар копьем, целясь в уязвимый сочленение между шейными пластинами.
Но преторианец оказался быстрее, чем выглядел. Извернувшись в воздухе физически невозможным образом, он ударил хвостом по древку копья, отклоняя смертельный удар. Одновременно его задние конечности зацепились за потолочные коммуникации, и тварь буквально повисла над Хищником, капая кислотной слюной.
Это был танец смерти, исполненный с почти артистической грацией. Каждое движение точно рассчитано, каждый выпад предугадан и парирован, каждый шаг — часть смертельной хореографии.
Хищник перекатился вперед, уходя от капель кислоты, и выстрелил из наплечной пушки. Синеватый сгусток плазмы ударил в то место, где секунду назад был ксеноморф, но существо уже переместилось, скользя по потолку как извращенная пародия на паука.
Преторианец спрыгнул, целясь в спину Хищника, но инопланетный охотник ожидал этого. Он развернулся с молниеносной скоростью и встретил атаку копьем, выставленным как пика. Наконечник вошел в плечо ксеноморфа, но вместо того, чтобы отступить, тварь использовала это как преимущество — насадив себя глубже на копье, она оказалась достаточно близко, чтобы нанести удар когтями.
Хитиновые лезвия прочертили глубокие борозды на нагруднике Хищника. Брызнула зеленоватая кровь — но не ксеноморфа, а самого охотника. Казалось, ничто не могло пробить эту высокотехнологичную броню, но преторианцу это удалось.
Хищник отбросил существо мощным ударом, вырвав копье из раны. Ксеноморф отлетел к стене с такой силой, что металлические панели погнулись. Но вместо того, чтобы рухнуть, тварь оттолкнулась всеми четырьмя конечностями и метнулась обратно в бой.
Удар. Уклонение. Контрудар. Блок. Каждое движение — на грани возможностей обоих существ. Когти ксеноморфа скрежетали по браслетам Хищника, оставляя глубокие борозды в металле. Хвост преторианца хлестал как живой кнут, целясь то в горло, то в глаза охотника.
