— Не так уж и трудно, мой мальчик. Я в юности занимался керамикой… Ты не знал? Да, я лепил из глины сосуды, вазы, кувшины… Дома, на Сицилии. У меня неплохо □случалось. Человек — податливый материал. Как глина. Из человека можно вылепить все, что угодно. Но тут нужен навык умелого гончара. С одним нужно действовать хитростью, с другим — силой. Сержанта силой не возьмешь, а вот хитростью можно. Причем хитрость должна быть замаскирована под симпатию или сочувствие… Потому что человек всегда испытывает благодарность к тем, кто интересуется его проблемами, бедами, горестями… Прояви к Сержанту толику сочувствия, пообещай помочь его беде… ну, скажем, вызволить из тюрьмы его младшего брата — возможно, он станет на нас работать.
— Я не думаю, что он так прост, — возразил Марчелло.
— Это один из вариантов, — смиренно кивнул Россетти. — Все зависит от полноты нашей информации. Надо побольше разузнать о международных гастролях Сержанта в последние десять лет. Не сомневаюсь, там есть масса такого, о чем синьор Сержант предпочел бы забыть навсегда… То, о чем не забыли ни в Интерполе, ни в службах безопасности многих стран… Родственные чувства — сильный аргумент, но чувство самосохранения, желание спасти свою шкуру — пожалуй, аргумент посильнее. Вот что, Марчелло, соедини-ка меня через четверть часа с моим старым другом герром Йоргом Моргентау.
— Это не тот ли Моргентау, который возглавляет австрийское бюро Интерпола?
— Он самый. Моргентау мне кое-чем обязан… Вот и пришла пора платить по старым долгам…
С утра ветер нагнал облака, было пасмурно, но как-то не слишком мрачно, и в частых прогалинах между туч виднелись голубые кляксы ясного неба. Однако солнце так и не проявилось к полудню, так что было даже свежо. Обитатели Неаполя, особенно неаполитанки, и не думали одеваться потеплее, а продолжали, несмотря на пронизывающий ветер с моря, разгуливать в легких открытых платьицах. Впрочем, отметил Сержант, женщины не мерзли, согреваясь, наверное, от горячих взглядов мужчин.
Степан с утра надел светло-серый полотняный костюм, под которым легко было спрятать кобуру с «берет-той», и шляпу того же цвета. В одной руке он зажал несколько свернутых газет, только что купленных на лотке, а в другой — сигарету. Он шел по аллее сквозь длинный скверик, время от времени затягиваясь ароматным «Данхиллом».
Ему такая погода нравилась больше, чем хваленое солнце Италии. Разумеется, если бы он здесь находился на отдыхе, то предпочел бы безоблачное небо и палящее солнце. Но для дела его устраивала прохлада, не позволяющая вниманию рассеиваться, а мозгам спечься. Бросив окурок в урну, он взглядом нашел пустую скамейку, прятавшуюся под густой кроной каштанов, подошел и сел. Удобно откинувшись на спинку скамейки, он еще пару минут разглядывал праздных прохожих, потом развернул «Коррьере делла сера» и сразу наткнулся на жирный заголовок:
«РОССЕТТИ ТЕРЯЕТ ВТОРОЙ БРОНИРОВАННЫЙ «ЛИНКОЛЬН», ЧТОБЫ ОБМАНУТЬ ПРЕСТУПНИКОВ И СПАСТИ СЕБЕ ЖИЗНЬ».
Далее следовала короткая заметка:
«Вчера в первой половине, дня был обстрелян «линкольн» известного предпринимателя и финансиста, близкого друга премьер-министра, Томмазо Россетти. В машине хозяина не оказалось. Погибли шофер и телохранитель Россетти. Как сообщил комиссар полиции Микеле Бонасера, преступники устроили засаду на дороге в роще, неподалеку от неаполитанской виллы синьора Россетти. «Линкольн» был обстрелян из гранатомета и автоматов. Стальная броня не выдержала прямого попадания гранаты. Шофер погиб от осколков, а пассажир, ехавший на заднем сиденье, опустил стекло и попытался оказать сопротивление, но был застрелен.
Комиссар Бонасера уточнил, что на месте преступлена найдены гильзы, пустой магазин от автомата и другие оставленные нападавшими улики, которые полиция пока не считает нужным обнародовать. Ведется следствие.
Как уже сообщалось, несколько дней назад другой «линкольн» синьора Россетти потерпел катастрофу близ Портофино в Лигурии. Погибли четверо служащих. Высказывалось предположение, что это был «несчастный случаи».
Тут же была подверстана большая статья, где с подробностями обсуждались предшествующие двум покушением на Россетти убийства семи лидеров мафии...
Сержант просмотрел другие газеты. В общем-то везде было одно и то же. Только, в зависимости от принадлежности к тому или иному политическому лагерю, варьировалась тональность комментариев. Причем одна газетка прямо называла синьора Россетти главой сицилийской мафии и отметила, что первое за эти дни покушение на него произошло в тот день, когда крестный отец был приглашен на прием к премьер-министру страны — своему лучшему другу... Из этого следовал дерзкий вывод, что нынешний премьер находится на... коште у мафии.
