Романа вновь как подменили. Насупился, стал молчалив. Не принимал участия в шутках троицы, которые и брызгались, и хлестались дубовыми веткам. Он самый первый, молча, оделся и ушел к себе. Друзья хорошо его понимали и не трогали.
Когда оделись, Пожарэн, глядя на Роберта, сказал:
– А ты баню сделал, как у меня.
– Ты знаешь, твоя баня мне так понравилась, что я решил сделать такую.
– Друзей-то, наверное, водишь сюда?
Тот отрицательно покачал головой:
– Таких, как вы, здесь у меня нет.
Когда вошли в дом, Роберт сказал:
– Вы отдыхайте, а я к Карлу.
Он надел мушкетерскую форму и поглядел на себя в зеркало. Пожарэн с усмешкой изрек:
– Хорош, хорош. Изабелла, ты… за ним следи!
– Не буду, – и любовными глазами глянула на мужа…
Король принял его немного суховато. Это задело капитана, но он постарался скрыть свое раздражение.
– Сир, я не выполнил вашего поручения! Готов нести любую ответственность, – и склонил голову. Но сказанные им слова с твердостью, какой-то внутренней уверенностью в своей правоте умным проницательным Карлом были поняты правильно. И чтобы исправить положение, он сказал:
– Мне Сен-Поль рассказал, как он встретил тебя, и даже назвал. Ни это ли испортило задуманное тобой дело? – проговорив, Карл уставился на капитана проницательными, немигающими глазами.
– Если граф вам сказал это, то я добавлю. Через два дня нас посетил… И кто бы вы думали?
Карл, видно было, старался подобрать какой-то ответ, но он ему не давался.
– Не мучай, генерал, говори.
Услышав такое звание, он набрался смелости и заметил:
– Сир, прошу прощения, но я капитан.
– Мне лучше знать, кто ты, – ответил он и спросил: – Так кто вас посетил?
– Черный принц.
– Черный принц? – переспросил Карл.
– Да, сир, Черный принц.
– И что же он сказал?
– Да… Ваше Величество, ничего путного.
– Так ты не хочешь мне сказать! – удивился Карл.
– Да… сказал, что таких смелых, отважных воинов у него нет.
– А не хотел переманить вас на свою сторону?
– Сир, он тоже умный человек и понимает, что мы… то есть я, никогда не изменю своему королю.
– А твои друзья?
– Они… своей земле и своему королю тоже.
– Ладно, генерал, я доволен твоей поездкой. Черный принц прислал мне письмо, где все рассказал. Да, не встреться вы с графом, он пишет, вы бы точно похитили короля. Так что, считай, генерала тебе помог получить… Черный принц.
И, подойдя к столу, вручил Роберту свой регентский указ и нашивки.
Недаром Карл говорил, что стены имеют уши. Выйдя от регента, Роберт не узнавал придворных. Они готовы были стать перед ним на колени. Радость этого сообщения, перемешанная с горечью невыполненного задания, что случилось впервые в его жизни, взаимно гасили друг друга, и на его лице было полное безразличие к происходящему.
После встречи с королем Роберт направился к мушкетерам. Весть о решении Карла долетела и до казарм. Встреча там была бурной. При его виде мушкетеры так рявкнули, что вороны, облепившие ветки окружающих деревьев, в испуге взлетели, подняв испуганный крик. А полк приветствовал его словами:
– Поздравляем, генерал, поздравляем, генерал!
Вот такая встреча и растопила его сердце, заставила забыть и горечь, и радость, осталось только счастье. Роберт расчувствовался, неизвестно откуда появилось бургундское.
Домой генерал вернулся навеселе. Но и здесь его ждал сюрприз. Все домашние и гости, зная о регентском решении, бросились его качать. Но, опустив на пол, объявили ему еще об одном Карловом решении. Он устраивает бал в честь новоиспеченного генерала. Услышав эту новость, Роберт заявил:
– Надеюсь, друзья, вы не оставите меня одного на съедение этим дворцовым гиенам.
На что те ответили:
– Друзья не бросают ни в счастье, ни в горе.
Назавтра в доме Буа появились портные.
И вот настал день этого бала. Зал был набит до отказа. Не было только виновника торжества и регента. Наконец появился Роберт с супругой и друзьями. Громила-шталмейстер стукнул тростью о мраморный пол и громко объявил:
– Генерал, граф де Буа с супругой, герцог Андреа де Пожарэн, граф Андрео де Кобылье, граф Романэ де Ослябэ!
Каждое такое представление вызывает в зале шепот восторга. Генерал с женой – шепот быстро погас. На герцога смотрят с интересом и восхищением. Статен, красив. Подстать ему и граф Кобылье. А вот когда объявили Романа, то женская половина заволновалась. «Вот это мужчина!» – слышался несдержанный шепот. Высок, почти на полголовы выше всех. А взгляд! А лицо! Мужественное, волевое. Аккуратно подстриженные бородка и усы делали его еще более моложавым. А широкие плечи, узкая талия делали его фигуру неотразимой.
