Мы уже почти добрались до каюты, когда я краем глаза заметила белую вспышку. Я высматривала Луну, но была недостаточно внимательна.
– Луна, нет!
Не успела я повернуться и схватить бурбу, как она застыла, удерживаемая в воздухе невидимой силой.
Телекинетик! Я заново оценила угрозу. Сразиться с валовцем-телекинетиком один на один – отличный способ умереть. Я схватилась за рукоять плазменного клинка на бедре, но не отцепила оружие, а потребовала:
– Отпустите ее.
А вот Луна спокойно висела в пустоте. Она находилась чуть выше уровня плеч, ее удерживали только воздух и сила Торрана. Бурбу посмотрела на меня, сонно моргнула и заурчала. Мне стоило немалых усилий ее не схватить – не имея ни малейшего представления о том, как работает его дар, я боялась причинить зверушке боль.
– Да как ты посмела! – вскипел Торран.
Его глаза запылали от ярости, и я увидела, как серебристые и бирюзовые прожилки расползаются по темной радужке. Я ощутила исходящую от него мощь.
Мой ночной кошмар ожил прямо в коридоре моего корабля.
Я отцепила клинок, однако не стала его активировать. Буду сражаться за Луну, пусть даже силы безнадежно неравны. Я влила побольше энергии в свои ментальные щиты. У меня всего один шанс – если Торран перехватит удар, мне крышка.
Луна издала трель, обращенную к нему, и наклонила голову, ее ушки завертелись, указывая то на меня, то на валовца. Торран посмотрел ей в глаза, и у меня сложилось впечатление, что они общаются – гораздо лучше, чем это когда-либо удавалось мне.
Меня пронзил укол омерзительной ревности. Выходит, валовец ей больше понравился, потому что понимает мысленную речь? От обиды стало больно, словно ударили кулаком в живот, и все-таки оружие я не опустила.
– Ты в порядке? – донесся через имплант тихий голос Ки.
– Не знаю, – ответила я субвокально. – Он телекинетик. Не вмешивайся. Передай сообщение.
– Эли за углом позади тебя. У него плазменная винтовка. Если начнется заварушка, пригнись и юркни вправо.
Это означало бросить Луну на линии огня, и я бы так не поступила. Ки понимала, как и Эли. Я знала, они что-нибудь придумают.
Постепенно яркие пятна на радужках Торрана исчезли, лицо вновь превратилось в маску безупречного спокойствия. Он осторожно опустил Луну на пол и разжал ментальную хватку. Окинув нас быстрым взглядом, бурбу сиганула мне на плечо. От ее привычной тяжести я едва не грохнулась на колени в знак благодарности.
Она выбрала меня!
Но даже прилив облегчения не умерил ярости, все еще бурлящей в жилах. Я вперила сердитый взгляд в Торрана и не убрала плазменный клинок.
– Что за хрень? – проговорила я, выдерживая паузы после каждого слова, а потом перевела дух, чтобы не взорваться. – Немедленно объяснитесь.
– Бурбу, – из-за акцента слово прозвучало непривычно, – находятся под строжайшей охраной, о чем вы, не сомневаюсь, в курсе. Они не должны быть питомцами у чужаков. Наказание за кражу бурбу – смерть, и любой валовец уполномочен привести приговор в исполнение.
– Выходит, вы – палачи, которые не нуждаются в судьях или присяжных. Звучит логично.
– Вы живы, – тихо заметил он. – Луна, как вы ее называете, выбрала вас в качестве своей семьи. Это нечто из ряда вон выходящее, к такому невозможно принудить силой.
– Я нашла ее почти мертвой, за что благодарите ваших солдат. Исцелившись, она не захотела вернуться в дикую природу. Я пыталась. – Я ничем не была ему обязана, но почувствовала, что должна объясниться.
Торран кивнул, забыв о прежнем гневе или тщательно его скрывая. Я была склонна поверить в последнее.
– Она будет скорбеть в случае вашей смерти, а разлука – не вариант. Теперь вы за нее в ответе.
Я фыркнула.
– Я за нее в ответе уже много лет! У нас все было славно, пока вы не приперлись.
Луна обвилась хвостом вокруг моей шеи и потерлась о меня головой. Пыталась успокоить. Я подняла руку и почесала ее за ушами, стараясь совладать с собственным гневом. Мы давным-давно обнаружили, что бурбу чувствует наши эмоции лучше нас самих.
– Что бы произошло, попытайся я ее схватить?
– Я бы вас убил, – без обиняков заявил Торран.
Я возмущенно фыркнула.
– Меня не так-то легко прикончить. У меня бы получилось сдвинуть ее с места?
Он указал на пол и проговорил ровным голосом:
– Я могу прикончить всех на корабле, не сходя с этого места.
Это было не хвастовство, а констатация факта.
У меня мороз пробежал по коже, волоски на руках встали дыбом. Все валовцы обладали телепатическими способностями, что было достаточно опасно. Телекинетики встречались гораздо реже, а сильные телекинетики – и подавно. Это было большой удачей, ведь всего один такой противник мог переломить ход битвы.
Сильный валовский телепат мог уничтожить отряд людей без ментальных щитов. Сильный телекинетик – целый батальон, со щитами или без. Не сумев поразить разум, враг уничтожал тело.
Луна беспокойно завертелась и что-то прощебетала Торрану. Валовец наклонил голову и прислушался. Через мгновение он продолжил разговор, как будто только что не угрожал убить всех на корабле.
