– Джо, у нас нет времени! Я слышу, как оттуда приближается новая волна! – забеспокоился Ли. Мостовая под ногами гудела, доносился дробный стук сотен ног, хотя неразборчиво снующая толпа будто поредела. Их группе охотников еще повезло не встрять в самую гущу, значит, ближе к Цитадели случилась настоящая свалка. И теперь, вероятно, бунтовщиков откинули, они откатывались штормовым валом назад. Королевская улица, этот узкий, тесный проулок, стала для них одним из удобных каналов отступления.
– Проклятье! Хаосов мрак! – выругался Джоэл, спешно убирая меч в ножны и подхватывая пискнувшую Джолин на руки. Она оказалась легкой, под грубой тканью одежды, пожалуй, даже костлявой. И это в пекарне, где Зереф Мар с женой и внуком втроем расплывались от нездорового обилия мучного! В сотый раз пожалев Джолин, Джоэл опрометью кинулся наискосок через улицу. С трех сторон его прикрывали друзья, хотя Батлер в его состоянии сам нуждался в защите. Но он замыкал шествие и старался не отставать.
Время ускользало из-под подошв сапог, с каждым шагом свивалось удавкой на лодыжках. Залитая помоями и заваленная хламом мостовая каждый миг грозила обречь на падение. Джоэл старался не думать о фатальной случайности, ему чудилось, что он несет нечто очень хрупкое и ценное, наподобие фарфоровой вазы из времен до Хаоса. Такие выставляли в музее. Вот только они не шли ни в какое сравнение с Джолин, неподвижно застывшей в нежданных объятьях.
Но не удалось и на миг насладиться прикосновениями к ее гибкому телу. Джоэл испытал колоссальное облегчение, когда ноги драгоценной ноши коснулись порога треклятой пекарни. Может, там ее и мучили, но теперь, в этой круговерти, не существовало места надежнее. Даже Цитадель не сулила безопасности, зато обычного пекаря вряд ли тронули бы. А если еще сообщника революционеров – и подавно. Иногда даже враг способен сыграть на руку благому делу. Искать убежище для Джолин у охотников просто не оставалось времени. Они и сами пока не ведали, как обстоят дела.
– Открывай! – пророкотал Джоэл, торопливо стуча в дверь. К счастью, ее быстро отворили, на этот раз не сам хозяин, а его жена.
– Где шлялась… – начала она, но Джоэл грубо отпихнул старуху от косяка. Женщина истошно взвизгнула, зовя на подмогу мужа. Но Джоэл ее не слышал, он только подтолкнул Джолин в сумрак пекари.
– Береги себя. Закрой все окна и двери! И никуда не выходи. Мы остановим их! – наспех напутствовал он. Джолин энергично закивала. Корзина-щит со скрипом выпала у нее из рук.
– Джо! Бегом сюда! – крикнула Энн уже с крыши пекарни. – Внизу нам не выстоять!
Джоэл опрометью обогнул дом и вцепился в края знакомой лестницы. Еще недавно он подглядывал в чердачное окошко, внутренне жалуясь на шаткие рассохшиеся ступеньки. Но теперь он даже не заметил, как взлетел наверх. Он втянул за собой лестницу, чтобы больше никто не последовал за ними. Союзников ждать не приходилось: отряды охотников рассеялись по улицам в надежде навести порядок. Но, похоже, они переоценили свои силы и недооценили народный гнев. И, что хуже всего, Уман предвидел нечто подобное, но, возможно, не так скоро. Ярость от незнания о Вестнике Змея накладывалась на общественное недовольство, вылившееся в массовые стачки.
– Только не убивайте их! Они честные, добрые люди! – крикнула вслед Джолин, захлопывая ставни второго этажа. Она последовала совету, будто затворяя пекарню от внешнего мира. Теперь двухэтажный кособокий домишко превратился в ее маленькую крепость.
– Надо принять стимуляторы, иначе мы не доберемся. Путь по крышам уже сломан, чтобы им не воспользовались бунтовщики, – заметил Батлер, растирая виски. Держался он неплохо, хотя запекшаяся кровь еще чернела у него в ушных раковинах и на шее.
– Да, и правда… – согласился Ли. Мостки, перекинутые между домами над улицами, и правда разрушили, отчего дома виделись маленькими островками в кипящем озере.
– Нет! Нельзя стимуляторы! Мы ослепнем! – возразил Джоэл.
– Он прав, – согласилась Энн. – Стимуляторы созданы для дежурств в ночное время. Если бы были тучи…
Но на небе беспощадно ярко сиял Желтый Глаз Змея. Как назло, весна резко вспомнила, что для созревания урожая к осени его необходимо напоить теплом, влить под кожу виноградных лоз, согреть землю для всходов. И вместе с теплом пришел нестерпимо яркий свет.
С волос и носа и так стекали капли горького пота, Джоэл слизывал их с губ, фыркая и отплевываясь от соленого привкуса. Он покинул Цитадель в плаще, привыкнув к промозглой, холодной погоде. Теперь, конечно, не осталось возможности переодеться. Да и в плаще находилось множество внутренних и внешних кармашков с нужными вещами. Но стимуляторы висели на поясе. К ним невольно тянулась рука, только Энн верно подметила, что средства изобрели для охоты в темноте. Улучшенное зрение работало в кромешном мраке, как у кошек и прочих ночных хищников. Но оно же делало глаза слишком восприимчивыми к яркому освещению, хотя им всем пригодились бы обостренные рефлексы.
– Ничего, мы перекинем лестницу, – тут же предложил выход Ли. – Я пойду первым! Я из вас самый легкий!
