– Так его, Джо! – подбадривал Ли, сам добавляя тумаков. Рядом Энн кинулась к Батлеру: он получил по голове и теперь стоял, хватаясь за уши. Между его неловко растопыренными пальцами сочились струйки крови. Джоэл надеялся, что друг доберется до Цитадели и получит помощь медиков. Но пока от прочных стен их отделяло два взбесившихся квартала. Сколько еще районов вышли из-под контроля – знали только дозорные на часовых башнях.
– Бить надо! Первым бить! Понимаешь? – увещевала Энн напарника.
– Но… Это был мой сосед! – сокрушался Батлер, однако к ним снова полезли неприятные типы с заточками и булыжниками. Они выглядели как недобитые выродки из трущоб: мрачные, в грязных робах непонятного назначения. Рабочие и шахтеры не носили такую форму. Они просачивались в их ряды, как зараженные чумой крысы, прогрызающие ходы в деревянных перекрытиях.
– Назад! Иначе я вас всех порублю! – свирепо проревела Энн. Ее не послушали, метнулись к Батлеру, целя шилом в печень. Тогда уже Энн не колебалась ни секунды: она взмахнула мечом быстрее, чем Джоэл и Ли успели среагировать. Багряная и слишком яркая при свете дня кровь залила мостовую, заполнила желобки между выщербленными камнями, уродуя новыми узорами брызг орнамент старинной гризайли.
– Убийцы! – заголосила какая-то женщина, высунувшись из окна второго этажа. Но Энн оскалилась и пригрозила ей мечом, отчего несостоявшаяся нарушительница в панике спряталась, хлопнув ставнями.
– Как вы? Что происходит? – Джоэл наконец-то пробился к чудом не упавшей Джолин. Окружающее сливалось в единый ревущий и визжащий ком. На мостовой подле ног Энн еще корчился в последних муках умирающий нарушитель, хватаясь за распоротую грудь. Батлер причитал и охал:
– Что ты натворила? Это не по протоколу!
– Какой протокол? Все летит в Хаос! – рявкнула Энн. – Не двигайся, болезный! Джо, забирай ее уже! Да что за девица-авария! Вечно не в том месте и не в то время!
– Джолин! Смотри на меня! – уговаривал Джоэл, видя потерянное лицо Джолин. Она терялась, одинаково способная в таком состоянии упасть на месте и кинуться на верную смерть в центр улицы, по которой сновали новые бунтовщики.
– Я… я разносила булочки, как обычно, – давя дрожь в голосе, отозвалась она. – Но началась демонстрация.
Вновь взгляд ее перестал фокусироваться, только пальцы намертво вцепились в грубое плетение корзины.
– Кого? Бунтовщики же… – удивился Джоэл. Ни о каких согласованных демонстрациях охотникам не докладывали.
– Это не бунтовщики. Демонстрация шахтеров! – выпалила Джолин, безумно глядя на Джоэла.
– Точно! Джо! Вчера началась стачка на шахте и сталелитейном заводе возле гребня Пеньясо. Требовали… ответов, – сдавленно добавил Ли. – А теперь, видимо, получили их. И не слишком довольны.
Он бросил взгляд на замерший труп, потом с силой оттолкнул подальше от их группы зазевавшегося бунтовщика, которым оказался седовласый шахтер с киркой.
– Твою ж мать… Полтора рудокопа! – узнал его Джоэл. Это его кошмары они периодически ловили. И вот она – благодарность. К счастью, старик не оказал сопротивления, а убрался восвояси, закрывая голову руками и тихонько охая.
– Быстрее, Джо! Мы должны пробиться к Цитадели! – перекрикивая гомон, торопила Энн.
– Так, ну, взялись. Осторожно, – приговаривал Джоэл. Он аккуратно приобнял трясущуюся Джолин за плечи. Ноги у нее подкашивались, она постоянно оступалась, как маленький ребенок, делающий первые шаги.
– Нет… Нет, я не хочу туда! – вскрикнула она, когда на середине улицы на них чуть не налетел беспорядочно мечущийся перепуганный рикша – кажется, тот несчастный парнишка с надорванными легкими, который довозил до Айгрежи. Этот день не сулил ему барышей в виде пригоршни золотых, разве что пригоршню тумаков. В этой круговерти деньги в очередной раз доказывали свою бесполезность: нечего покупать, если шахтеры не желают добывать уголь для отопления, а восставшие ткачи сплетают не нити длинных полотен, а короткую нить собственной тяжелой судьбы.
Джоэл прекрасно понимал, как страшно и нелегко простым людям Вермело, как тревожно от незнания истинного положения вещей и ощущения приближающейся неизбежности, обещанной Разрушающими. Но обычно все они жили по правилам, по законам, двигались вперед, медленно, маленькими шажками, как теперь группа охотников через улицу.
– Вот так, Джо, еще чуть-чуть, – приговаривал Джоэл, намеренно называя Джолин ее сокращенным именем. Он помнил, как потеплел ее взгляд тогда, в мансарде. В тот бесконечный день ее тоже спасали, но хотя бы от монстра, а не от беснующихся соседей.
– Назад, твари! Назад! – гремела Энн, взмахивая мечом. Ее окровавленный клинок и лежащий в тени старого дома труп заставляли отступить особо ретивых.
