И все же охватывала радость охотничьего пса, отлично выполнившего свою задачу, даже если без четкой команды хозяина. Джоэл надеялся лишь на то, что Рыжеусый не действовал с согласия правительства – какого-нибудь судьи Норта – и попустительства Умана. Неспроста же взятая на анализ жидкость из пробирок затерялась в архиве вещдоков. А если все так, то им с Ли не оставалось смысла служить Цитадели. Пока же размышления и сомнения отставлялись в сторону, реальность требовала захватить беглую преступницу и придумать, что делать с ее главарем-любовником.
– На улицу! Ну, пошел! Шагай, гнида! – прорычал Джоэл, рывком поднимая задержанного. Тот неразборчиво застонал и дернул вывернутыми за спину руками: возможно, Джоэл опять перестарался и вывихнул их. После сражений с толпами чудовищ они привыкли прилагать больше усилий, даже если приходилось столкнуться с людьми. Поэтому-то допросов в Цитадели боялись куда больше, чем в застенках бастиона Эскуидон.
– Молодец, Ли, хорошо гоняет. От Ли никто не уйдет! – зло хохотнул Джоэл, когда по улице мимо них пронеслась гадалка, а за ней напарник с мечом.
– Грета, к калитке! К калитке! Он не выживет в Хаосе, а ты выживешь! Брось меня! Я тебя потом найду! – крикнул ей вслед Рыжеусый и тихо простонал: – Ох, девочка моя, как я тебя обманул, как я мог допустить вторжение…
– Ты поплатился за свои преступления, – оборвал его нытье Джоэл, подавив желание отвесить крепкую оплеуху.
Ли между тем упрямо бежал за невероятно прыткой Гретой. Ее ловкие движения навели на мысль, что гадалке кто-то вколол стимуляторы охотников или более крепкое и опасное снадобье. По крайней мере, лучший скороход Цитадели за ней не успевал, а Джоэл замечал, как она перепрыгивает через стихийные баррикады и сокращает себе путь по крышам. Ли даже запыхался, дневное время не позволяло ему применять стимуляторы. Зато Грете свет не мешал, она видела ясно, судя по тому, с каким проворством кинулась к замку неприметной калитки мусорщиков. Одним ударом руки она снесла тяжелую цепь вместе с ручкой и дернула дверь на себя.
– Ли! Стоять! Назад! – гаркнул Джоэл, и напарник резко затормозил, оставляя борозды от сапог на дорожной грязи. Мостовая в Пределе Изгоев давно уже не просматривалась. Только бурый кирпич стены выглядел надежно в этом средоточии разложения. Но вот распахнулась калитка – и за ней разверзлась чернота, неизвестность и тотальная ненадежность. Хаос. Та самая смерть, которую боялись называть, о которой ходили легенды и которой пугали неправедных. Вместе с темнотой хлынул сшибающий с ног запах свалки. Но Грету ничего не останавливало. Повинуясь приказу, она бросала сообщника, точно они оба служили некой высшей цели, которую считали важнее собственного благополучия.
– Твоя подопытная бежит на верную смерть, – поморщился Джоэл.
– Нет! Ты ничего не знаешь о мире за стеной, – воодушевленно возразил Рыжеусый, ликуя даже в путах, точно это он скрылся в неведомом пространстве вечной ночи. – Там есть море и маяк, зеленый маяк! Нас ждут!
– Никто вас не ждет, кроме Змея и Разрушающих, – вырвалось у Джоэла, и он едва не добавил: «Я сам видел».
– Мы упустили ее, Джо, – посетовал подоспевший Ли. Он вздрагивал и отплевывал вязкую слюну, опираясь ладонями о колени. Сил на новый рывок у него не осталось, потому что он соревновался не с человеком, а с неким творением безумного ученого. Рыжеусый завороженно глядел на распахнутую калитку.
– Закройте ее! Немедленно! – приказал Джоэл, лишь теперь замечая, что на площади толпятся прокаженные. Они выползали робкими вечерними тенями в серых одинаковых балахонах. Не все понимали, что происходит: разум некоторых давно ушел в страну бесконечного сумрака, поэтому кто-то пугливо взирал на драку, а иные заходились истерическим кашляющим смехом. Бывший актер, которого узнал Ли, стоял неподалеку и ненормально аплодировал, срывая коросту с ладоней.
– Браво! Лучшее представление! Браво, маэстро! – кричал он, и Ли отшатнулся, прячась за спину Джоэла. Внезапный страх сковал его всего на пару секунд, точно схватил за горло темный призрак из прошлого.
«Ли, не связан ли ты с Бифометом Ленцем? Хотя как Бифомет связан с театром? Только о чем твои сны, все эти образы?» – невольно подумал Джоэл, вспоминая мерзкого старика, которого недавно порубил в Ловце Снов. Но сейчас занимали более насущные вопросы. Больные не слушались, а команда мусорщиков с новой цепью и замком все не прибывала. Из-за стены же тянулся едкими щупальцами холод, смешанный с тленным запахом, оседающим тошнотой в горле.
– Хаосов мрак! Закройте же калитку! – проревел Джоэл. Наконец-то появилась группа прокаженных со знакомыми желтыми повязками на плечах: знак команды мусорщиков.
