Собрались они быстро, до смены оставалось достаточно времени. На визит в Предел Изгоев они рассчитывали потратить не больше двух часов, если там не ждало что-то пострашнее заразы. Джоэла посещали смутные сомнения, Ли же старательно запасался перчатками и повязками на лицо, которые они хранили на случай работы в задымленных кварталах или помещениях. Но лепра вроде бы не передавалась по воздуху, мусорщики каждый день встречались с изгоями у калитки запретного забора. Или передавалась? Никто толком ничего о ней так и не узнал. Заболевали ею реже, чем чумой, но угасали долго и мучительно.
– Итак, твой план безупречен: мы нарушаем все правила, перелезаем через забор или влезаем через щель, подкупая знакомых караульных. И… идем по нужному адресу, – подытожил Ли, когда они выходили из дома.
– Ты говори потише, – криво ухмыльнулся Джоэл. Он и правда знал, кто постоянно сторожит забор: обычно специальные караульные от гарнизона следили за тем, чтобы прокаженные не проникли в город. Двоих охотников, которые намеревались вломиться в запретную зону, а не сбежать из нее, пропустили бы, достаточно было сказать про расследование и показать удостоверение. К тому же после встречи с легендарным сомном Джоэла начали узнавать практически в лицо, да еще кто-то распространил слух о переданном мече самого Нейла Даста. Никаких привилегий такая известность пока не принесла, оставалось надеяться, что хотя бы проблемы не умножатся.
– Да ты прямо звезда, оперный див! – подшучивал Ли.
– Вот видишь, работает, – обрадовался не без гордости Джоэл, когда их пропустили через блокпост, не требуя предоставить документы.
После бунта Вермело превратился в крайне неприятное место: в конце каждого проспекта маячили небольшие палатки военных, отряды останавливали у границ кварталов, дворы перегородили дополнительными заборами. А тех, кто пытался перебраться незаконным путем – садами, по крышам, через подвалы, – арестовывали или расстреливали на месте в случае сопротивления.
Собиравшихся на улицах в группы немедленно разгоняли, даже если кто-то намеревался отпраздновать свадьбу или помянуть покойного. Праздников в эти дни случалось куда меньше, чем похорон. Повсюду мелькали потерянные погорельцы, обезумевшие вдовы, чьих мужей заточили в темницы, осиротевшие дети, израненный скот.
У края квартала Палачей посреди улицы Джоэл заприметил знакомого мальчишку-рикшу и сперва обрадовался, что тот остался жив в этой свалке. Но потом присмотрелся: парнишка окосел на левый глаз, щека с той стороны скрывалась под слоем грязного бинта, а повозка лежала на боку с оторванным колесом. Джоэл захотел подойти и чем-то помочь, но понял, что вряд ли способен предложить что-то кроме дешевых словесных утешений: калек в академию не брали. А на бюрократические должности в Цитадель либо приглашали с квалификацией, как Кнопфа и Клайфа, либо из милосердия оставляли своих же инвалидов, как Грэма и Бима. Поэтому Джоэл отвернулся и прошел мимо, ощутив себя циником, но лишь на мгновение. Он давно усвоил, что в Вермело нереально помочь всем. Нереально быть человеком. Нереально жить счастливо. Важно сохранять и содержать в порядке то, что у них еще уцелело. Но этого не понимали устроители стачек и подстрекатели к бунтам. И что они принесли хорошего простому народу?
На улицах повсюду встречались следы разрушений: вывороченные булыжники, перевернутые телеги, разломанная мебель, перья из подушек, растоптанная утварь. Пятна крови, въевшиеся в серую штукатурку домов. Только трупы убрали, выкинули за стену силами угасающих прокаженных.
– Стой, кто идет! – встрепенулся караульный у края знакомого мрачного забора. Перелезть незаметно все-таки не удалось.
– Охотники! Расследование привело нас сюда.
Разбирательства оказались короткими. Ли в качестве взятки отдал нарядный шейный платок с золотой булавкой – редкость прошлых лет, а Джоэл – мешочек с деньгами. То и другое все равно обесценилось бы, если бы город окончательно вышел из-под контроля. Но молодой солдат бастиона, похоже, не догадывался об этом.
– Ну, Ли, если мы никого не найдем, то придется отчитываться перед Уманом по всей строгости. Мы и так дел натворили, – ворчал Джоэл, когда они, словно шкодливые мальчишки, пролезали через заборную щель на месте любезно отодвинутой доски.
– Никогда тут не был. Ну и вонь! Они трупы не убирают? Вроде же со всего города убирают! – фыркнул Ли, надевая повязку на лицо и навязывая на голову тюрбан из старого полотенца. Так они напоминали караванщиков канувших в Хаос стран, из которых происходили предки святителя Гарфа.
– Нет, Ли. Они сами почти трупы, – понизив голос, сказал Джоэл. Он осмотрелся и сверился с картой. Нужный адрес находился недалеко от забора, но при этом близко к стене, к запретной калитке в Хаос!
