– Гадалка в черной шали не попадалась? Тощая такая, морщинистая. Возможно, ее привезли, минуя морг Цитадели. Самоубийцы и умершие от естественных причин нас не интересуют, – цеплялся за последнюю ниточку Джоэл, хотя мысленно корил себя, что отвлекается от основного расследования. Он и так уже пообещал Батлеру поговорить с Энн и найти напарника. Слишком много обещаний и тайн – слишком мало сил. В сапогах с ночи все так же неуютно хлюпало; клонило в сон. Но Джоэл не мог успокоиться. Впрочем, как он и ожидал, ответ старика-прокаженного ничуть не помог:
– Сегодня еще никаких старух не привозили. Сначала партия от охотников, потом уже «похороны» по заявкам горожан. Часам к двенадцати повезут своих покойников.
Джоэл сдержанно кивнул и отшатнулся: он устал от людей, которые так спокойно и буднично говорили о смертях. Хотя и сам принадлежал к их числу, но к какой-то иной породе – возможно, менее циничной. Они-то охраняли мирных горожан и убивали монстров. И из всего торжества смерти чаще всего сталкивались с тем сакральным мигом, когда жизнь исходит из тела. А вот все остальное, вся эта пляска дотошных падальщиков – не их работа.
«Все, хватит с меня на сегодня. Пойду в академию к Энн. Там живые», – заключил Джоэл, но понял, что сперва он направится домой менять портянки и, желательно, сапоги, а потом, может, поспит. Нет, пожалуй, сначала пойдет к Энн, чтобы в Ловцы Снов не набежали впечатления от морга и Предела Изгоев.
Больше всего хотелось найти где-нибудь Ли, отправиться в мансарду, развесить Ловцы Снов, расстелить теплые одеяла, выспаться, поесть, поболтать о пустяках – забыться хоть на какое-то время. Хотя бы на час.
Но с Ли в это утро они разошлись как-то не по-доброму, сухо и даже отчужденно. Все из-за ночного происшествия. И врезалась же в память эта противная гадалка!
Да еще Батлер с его кризисом… Но Джоэл радовался, что именно он столкнулся с другом возле морга, не позволив тому подняться в кабинет Умана. Не стоило верховному, пребывающему в дурном расположении духа, отклонять очередное прошение Батлера об отставке. Так нашлись бы причины не для отставки, а для трибунала или освидетельствования на психическое здоровье. А оно у всех в Вермело оставляло желать лучшего.
«Так, всё. К Энн – значит, к Энн», – поторопил себя Джоэл, когда добрался до пыльной мансарды. Он приоткрыл дверь и бросил взгляд на застеленную кровать. А ведь там последний раз дремала Джолин…
Ее тоже очень хотелось проведать, но не как охотнику, а как другу и защитнику. Он же обещал, что будет следить за появлением возможных синяков и ссадин на ее лице. Но не успевал, опять не успевал, скитаясь, точно бесприютный призрак, по вечным улицам древнего града.
Впрочем, дома в одиночестве ему не сиделось никогда. Когда он переступил порог, то немедленно почуял неприятный запах, похожий на неискоренимый дух морга или вонь трущоб.
– Кто у тебя там сдох, сосед? – фыркнул снизу из-под лестницы старик-чистильщик, выплескивая на улицу помои. – Никак трупы прячешь?
– Да так, яблоко сгнило, – отмахнулся Джоэл, поднимая за ссохшуюся ножку сморщенный коричневый остов, закатившийся под стол. Даже дома его преследовало гниение.
Это подношение Батлера пропало. Джоэл поморщился: не успел доесть, когда отправился провожать спешащую Джолин. А думал, что все убрал. Неужели он с тех пор так и не появился в этой мансарде? Дни сливались с ночами дежурств, коротким сном и кропотливой работой над архивными тайнами. Да еще к ней примешивалась тревога за друзей, давило сознание бессилия. Если он и хотел кому-то помочь, если и был в силах, то эти «кто-то» постоянно отвергали его помощь.
– Яблоко?– крякнул сосед, почесывая дряблый стариковский зад, скрытый полосато-синими штанами-дзинбэй[10]. – А вонь, как будто ты прирезал ту девицу…
– Да заткнитесь вы! – крикнул на него Джоэл, зло пробормотав себе под нос: – Да что ж в этом городе все так любят шутить о смерти, со смертью и во имя смерти? Как будто тем других нет.
Собственный дом без Ли превращался в такой же карцер, как на нижнем уровне психушки: и запах плесени неизменный, и сырость похожая. Дом без близких людей – та же тюрьма, только из этой можно выйти в любой момент.
Джоэл торопливо переоделся и двинулся через задние дворы на юг, к академии. Сперва он заглянул к Ли. Друг обитал на соседней улице, на первом этаже.
«Спит», – успокоился Джоэл, когда привычно запрыгнул на перевернутый ящик и краем глаза заглянул в щель между стеклом и драной занавеской. Жилище Ли не отличалось изысканностью, деньги он тратил только на красивую одежду. Те же сундуки, колченогие табуретки и грубо сколоченный стол. И, конечно, сети Ловцов Снов. Они неизменной паутиной покачивались в узкой длинной комнатке, но ни в одном из них Джоэл не заметил гадких созданий, которых так боялся напарник.
Ли просто спал после тяжелого дежурства, впервые за долгое время на удобной кровати, а не в карантинной камере. Джоэл со спокойным сердцем направился к Энн.
