– Хм… даже не знаю, что сказать. Последнее, что я помню… – Я дернул рукой в попытке коснуться ладонью лба, но девушки в четыре руки удержали ее. Хм… какое единодушие.
– Не напрягайся. Наш домашний целитель сказал, что у тебя упадок сил. Ну? И что же ты помнишь? – заговорила Имма.
– Я встретил в парке Юсту, помог ей справиться с одной проблемой, но поскольку в ходе решения вопроса ее платье несколько пострадало, предложил добраться до моего дома, благо идти недалеко, да и народу немного… Здесь Юста отправилась в ванную, а я принялся готовить чай. Когда она вышла, я попытался шуткой поднять ее настроение… и все, – почти честно ответил я.
Девушки переглянулись и недоверчиво уставились на меня.
– Точно все? – протянула Имма, а Юс вдруг едва заметно покраснела. Хм… значит, не приснилось, да?
– По крайней мере, больше я ничего не помню. – Я попытался пожать плечами, но это оказалось почти непосильной задачей. Странно, а рука вроде бы двигалась нормально… или нет? Я зевнул, и темнота неожиданно навалилась, окружая и затапливая все вокруг. До меня еще донеслись слова какого-то вопроса, заданного то ли Иммой, то ли Юстой, но ни расслышать его толком, ни ответить я уже не успел, провалившись в сон.
Утро встретило меня шумом за окном и шумом на кухне. Будильник молчит, Броги бдит… что я опять пропустил? Потянувшись и не почувствовав ничего похожего на вчерашнюю усталость, я уселся на кровати и, взъерошив и без того растрепанные волосы, огляделся. Хм… ну, в принципе все не так плохо, как могло быть. По крайней мере Юста обнаружилась не в моей постели, а в большом двойном спальнике на полу. Полагаю, ключа от гостевой они не нашли. А учитывая, что других спальных мест в моем доме нет, а из кухни доносится звон посуды, могу сделать вывод, что и Имма ночевала там же. Если, конечно, на кухне именно она, а не кто-то еще, м‑да…
Так. Ладно, с делами сердечными можно разобраться чуть позже. А пока нужно попробовать понять, что за хрень произошла со мной вчера.
Откинувшись на подушку, я медленно утонул в давно ставшем привычном трансе и принялся перебирать события последних дней, пытаясь найти в них причину моего позорного, но такого удачного отруба. И ведь нашел!
Открыв глаза, я взглянул на стоящую на столе статуэтку Кицунэ.
– Твоих лап дело? – со вздохом спросил я, толкая духу образ-воспоминание о моем падении в обморок.
И ответ не заставил себя ждать. Виноватый такой. Ну, в принципе мог бы догадаться, что на создание нового вместилища и его привязку духу где-то нужно было брать силы. Плюс вчерашний «переход», высосавший из меня то, что не доел Кицунэ. И становятся понятными перепады моего настроения и мутное состояние сознания во время и после драки. Удивляться стоит только одному. Как мне вообще хватило сил довести Юсту до своего дома и не рухнуть на полдороге в какие-нибудь кусты? Да… наворотил дел. Все-таки юношеское тело действительно влияет на сознание. Тупею-с.
Вдоволь набаловавшись самокритикой, я подсластил пилюлю, признав, что надежда на выздоровление все-таки есть, раз я смог разобраться в своих косяках, и с печальным вздохом, абсолютно не соответствующим моему неожиданно радужному настроению, принялся выбираться из постели.
Не успел. Ворвавшаяся метеором в комнату Имма моментально разбудила Юсту, к моему удивлению, оказавшуюся одетой в пижаму… которые в моем доме не водились в принципе. Да и блонда от нее не отстала. И где они их взяли, спрашивается?
– Подъем-подъем! Завтрак на столе. Кот, как ты себя чувствуешь?
– Эта фраза мне скоро сниться начнет, – вздохнул я, но ответил: – Можете не верить, о грозные целительницы, но я уже в полном порядке.
Конечно, они не поверили и принялись уговаривать меня лечь обратно в кровать, апеллируя к моему бледному виду и обещая доставить завтрак прямо в постель. Имма даже не поленилась использовать свой артефакт-диагност, чтобы доказать мое плачевное состояние. Но, к ее величайшему сожалению, старинная брошь, приложенная к моему запястью, нагло сверкнула зеленым светом, уверяя, что подопечный если не здоров, то где-то около того. И девушки скрепя сердце оставили попытки запихнуть меня обратно под одеяло. Честно говоря, я даже на миг пожалел. В конце концов, мне еще никто и никогда не приносил завтрака в постель… ну, если не считать больницы в той жизни. Но это было абсолютно неромантично и вообще давно и неправда. Эх! Такой шанс упустил…
Душ, завтрак… школа отменяется ввиду тотального опоздания на занятия. Ну и черт с ней. В кои-то веки и старосты с отличницами могут прогулять несколько занятий. В конце концов, у них имеется уважительная причина… Я!
Устроившись с Юстой и Иммой за чайным столиком, я решил раскрутить своих гостий на рассказ о пропущенных мною событиях вчерашнего дня.
– Желательно с того момента, как Юста вышла из ванной, – уточнил я, и девушки, смущенно переглянувшись, как-то резко потеряли интерес к разговору. Вперились взглядами в блюдо с пирожными и молчат… как партизаны на допросе. – Хм… я что, чем-то вас обидел?
