- И что они говорят в своё оправдание? - Почесал объёмистый живот епископ.
- Что в шахте завелись демоны. - Хихикнул монах, прикрывающий его лицо глубокий капюшон, слетел, открыв побитое оспой лицо.
- Пошли кого-нибудь из братьев-воинов, пусть разберутся на месте, — махнул рукой епископ, — что-то ещё? — поинтересовался Освальд, заметив, что его помощник не спешит исполнять поручение.
- Брат Аврелий прекрасно подойдёт, — Со вздохом начал костлявый монах, — к тому же он находится неподалёку.
- Это ведь не всё? Договаривай! - Буркнул епископ, поёрзав в кресле.
- Вчера от него пришло крайне любопытное послание, — Ответил монах, спустя мгновенье из широких рукавов его рясы вынырнула костлявая рука с узловатыми суставами. Протянув епископу, аккуратно распечатанный конверт, монах замер в ожидании. Пробежавшись глазами по посланию, епископ вздрогнул, когда его взгляд наткнулся на имя одного из самых известных охотников на ведьм.
- Экций, — пробормотал имя охотника епископ.
- Да, Аврелий говорит, что нашёл его, в монастыре святого Элма, — Кивнул монах.
- Вижу, — буркнул Освальд, пробежавшись взглядом по последним строчкам послания. - Значит, он ничего не помнит. - Проговорил епископ, скомкав письмо в руках, должно быть, Жнец, оказался ему не по зубам.
- Отправь Аврелия в Коперхил и передай ему, чтобы он присмотрел за Экцием, или как он там себя теперь называет. Нужно убедиться, что он на нашей стороне. - Распорядился Освальд, прикрыв веки. Коротко поклонившись, костлявый монах бегом бросился выполнять приказ, а епископ погрузился в здоровый послеобеденный сон. В этот же момент находящаяся на другом конце континента личность о послеобеденном сне и не помышляла, и дело было вовсе не в разнице во времени.
Причина крылась в том, что данная личность давно уже распрощалась с такими человеческими слабостями, как сон или еда, во всяком случае в привычном понимании этих слов. Более того, применительно к этой сущности понятие 'находилась' не слишком верное, поскольку разные части её тела находились в разных географических точках. И как и тело, сознание этого существа также было дробным, или, быть может, многоплановым, а может, многозадачным, или вовсе дискретным — неважно! Важно, что в тот самый момент, когда епископ готовился отойти ко сну, все части на миг собрались в единую целостность.
Сложно описать мыслительный процесс получившегося сознания, однако если постараться, то можно. Представьте себе хор, в котором каждый хорист в одно мгновенье пропел свои слова, хоть и связанные с тем, что исполняют остальные, но при этом все же отличные. Если бы было кому протоколировать это необычное событие, то он после небольшого размышления расположил бы услышанные мысли в таком порядке. 'Они здесь', 'Ученик, ищейка, кладезь', 'Найти их', 'Это требует Эссенции', 'Много', 'В хранилище недостаточно', 'Требуется больше, много больше', 'Жатва привлечёт внимание', 'Риск оправдан'.
- «На самом деле всё могло оказаться ещё хуже!» — Эта спасительная мысль крутилась в моей голове последние несколько часов. Седалищный нерв был передавлен ещё пару дней назад, так что особых неудобств от непривычной для меня поездки на лошади я уже не испытывал, однако стоило слезть на землю, как стёртое седлом седалище напоминало о себе. Впрочем, до привала ещё далеко, так что пока можно насладиться сомнительным удовольствием созерцать мир поверх лошадиной гривы. Я бы с удовольствием посмотрел в другую сторону, но сильно сомневался, что это не приведёт к печальным последствиям. В седле я держался как типичный горожанин, то есть исключительно за счёт того, что лошадка попалась смирная, а растущие по обе стороны от тропинки деревья защищают от ветра.
Аврелий неторопливо ехал немного впереди меня, и вид у него был хмурый даже со спины. Кроны незнакомых деревьев, а они все для меня незнакомые, кроме, разве что берёз и сосен смыкались над нами. Лишь узкая тропинка не давала заблудиться здесь окончательно. Разговаривать с инквизитором не хотелось. За последние дни я узнал от него очень и очень многое, правда, каждое слово приходилось тянуть из него чуть ли не клещами. Однако, учитывая жизненную важность полученных сведений, я особо не сожалел о потраченных усилиях и времени. Аврелий рассказал мне о местных правителях, а также о такой крайне важной вещи, как местная религия. Однако, как ни крути, но общение с инквизитором приятным не назовёшь.
