Мир вокруг Ромео завращался с огромной скоростью. Каждый звук был оглушителен. Он слышал крики морских пехотинцев и удары пуль по деревьям вокруг. Рядом промелькнуло несколько молний. Все казалось нереальным. Он взглянул на морпеха, который был подстрелен и теперь лежал на земле. Он находился в стороне от вражеского огня, и его товарищи работали по врагу всем своим арсеналом, все еще не в состоянии двинуться вперед. Они оказались прижаты к земле всего в пятидесяти метрах слева от команды Ромео, и кто-то, находившийся в корпусах сгоревших танков, вел по ним прицельный огонь.
— Вперед, вперед! — крикнул Ромео своей команде. — Мы должны охватить танки! — и они начали двигаться. В отделении поняли, что делает эта команда из четырех человек. Это была обычная пехотная тактика — подразделение подавляло цель, не давая врагам поднять головы, в то время как снайперская команда собиралась обойти с фланга, чтобы прикончить их.
Снайперы быстро продвигались к корпусам танков с правой стороны, когда Стейскал крикнул:
— Я вижу его! Он прямо здесь! Он прямо здесь!!!
Пока его товарищ кричал и показывал на врага, Ромео обернулся как раз вовремя, чтобы увидеть, как пуля ударила Стейскала в верхнюю часть туловища.
Ромео был ошеломлен. Он видел, как его напарник падает на землю, слышал, как тот стонет, дико дрыгая ногами, и уговаривал сам себя: «С ним все в порядке! Он все еще двигается и кричит!»
Команда уже действовала согласно типовому порядку действий[16], согласно которому, если один из военнослужащих будет поражен в бою, остальные трое должны были продолжать вести бой до тех пор, пока не смогут оказать помощь своему товарищу.
Как бы Ромео не хотелось, ему пришлось оставить Стейскала и идти дальше. Двое других товарищей по команде удерживали позиции и прикрывали его огнем, но Ромео, оглянувшись на Стейскала, остановился.
«Черт побери!» — подумал он, повернулся и подбежал к своему напарнику. Он уже знал, что Стейскал, скорее всего, мертв. Но когда Ромео подошел к нему, тот простонал:
— Ааа! Моя спина! Моя спина!
Увидел кровь на его плече, Ромео ответил:
— Это ничего, просто немного крови, парень. Ты в порядке!
— Нет, это моя спина. Срежь с меня мое снаряжение! — его товарищ скрежетал зубами от боли.
Ромео задумался о том, как он будет срезать его снаряжение, но потом вспомнил, что у него в кармане есть нож. После того, как он разрезал бронежилет Стейскала и только начал переворачивать того на бок, чтобы проверить спину, он внезапно вспомнил, куда указывал Стейскал, и посмотрел в ту сторону.
Сквозь пальмы Ромео увидел человека метрах в ста от себя, укрывавшегося за одним из разбитых танков. Он был одет во все черное и сидел так, что отделение со своей позиции не могло его видеть. Он тоже оглядывался через плечо на Ромео и как раз наводил на него снайперскую винтовку СВД. Снайперская винтовка Драгунова — это выбор многих снайперов по всему миру, поэтому снайперы-разведчики морской пехоты внимательно изучают это оружие и его возможности, чтобы при обнаружении его можно было легко распознать.
Стэнтон и Фергюсон вели огонь, когда Стэнтон почувствовал, как что-то сбило его с ног. Боли он не почувствовал, и Фергюсон проверил его тело на наличие раны. Все, что он нашел, — так это маленькую дырочку в камуфляже у плеча. У него не было никаких признаков кровотечения, поэтому Фергюсон сказал ему, что он в порядке, и Стэнтон снова поднялся и продолжил бой.
Ромео крикнул Стэнтону, чтобы тот проверил, как там Стейскал, а сам поднял свою М-16 и принялся стрелять в человека, который теперь стоял перед ним. Наадреналиненный, видя перед собой повстанца, который только что поразил твоего напарника, Ромео атаковал вражеского снайпера в одиночку. Но у него сейчас было туннельное зрение, и он неосознанно бежал через направление огня отделения. Он быстро перебегал от пальмы к пальме, стараясь не стать легкой мишенью. Ромео слышал, как его пули отскакивают от задней стенки танка, и видел, как они попадают в пыль вокруг вражеского снайпера. Тот пригнул голову и не мог стрелять в ответ из-за огня Ромео, что давало морпеху достаточно времени, чтобы приблизиться к человеку на расстояние пятидесяти метров.
Когда Ромео остановился и поднес оптический прицел к лицу, он увидел, что человек, лежавший теперь на животе, начал подтягивать винтовку к плечу, чтобы прицелиться в него. Ромео тут же прицелился ему в грудь и нажал на спусковой крючок.
Из-за тяжелого дыхания выстрел сорвался, но он видел, как человек вздрогнул от боли, когда пуля вошла ему в бедро. Часть халата вокруг его талии приподнялась, открывая морпеху место, куда пришлось попадание.