Стоя между пальмами без укрытия, Ромео знал, что одна пуля не убьет повстанца, в лучшем случае она лишь временно выведет его из строя. Прицелившись ему в грудь, он снова нажал на спусковой крючок, посылая очередную пулю в живот. Человек вздрогнул, и его халат снова задрался, но он все еще двигался. Ромео взял упреждение и прикинул, где должна быть точка прицеливания, чтобы попасть человеку в грудь. Он выпустил последнюю пулю и попал тому точно в то место, в какое хотел. Противник растянулся на земле, снайперская винтовка выскользнула из его рук. Он был мертв.
Отделение перенесло огонь, и Ромео рванул через их зону поражения. Теперь морпехи сосредоточили свой огонь на домах вдалеке, и ответный огонь противника стал затухать. Санитар оказывал помощь раненым военнослужащим отделения, а Стэнтон помогал Стейскалу, вызывая медицинскую эвакуацию из батальона.
Когда Ромео добрался до мертвого стрелка, то выхватил снайперскую винтовку у первого убитого им человека. Он слышал истории о том, каково это — убивать, и читал о других, кто это делал, и о том, что они чувствовали в тот момент. Он уже много раз думал об этом моменте и задавался вопросом, на что это будет похоже. Но сейчас снайпер не испытывал ни радости, ни волнения, ни сожаления. Он просто чувствовал, что выполнил то, чему его учили.
Эвакуировав раненых, команда «Хедхантер-2» присоединилась к взводу морпехов для пополнения запасов. Они были немедленно направлены на поддержку отделению морской пехоты, которое оказалось изолированным и подверглось нападению в городе. Их не уведомляли об этом, но почти каждый патруль морской пехоты в городе попадал в засаду. Перестрелки продолжались на протяжении следующих нескольких дней, погибли многие повстанцы и несколько морских пехотинцев.
Стейскал был ранен в плечо. Пуля раздробила ему ключицу и вышла из спины, пройдя менее чем в дюйме от позвоночника. Стэнтон не знал, что в той перестрелке он тоже был ранен — когда он пригнулся, пуля вошла ему у шеи под бронежилет и вылетела. Кровотечения не было, потому что пуля просто обожгла кожу на протяжении трех дюймов.
Имя: сержант Клифтон
Должность: командир команды снайперов-разведчиков
Район операции: г. Хит, провинция Аль-Анбар, операция «Свобода Ираку-2», август 2004 г. — март 2005 г.
— Клифтон, ты уже готов выходить? — настойчиво спросил ганни.
— У меня все еще постельный режим, сержант, — ответил тот.
— Черт тебя возьми! — крикнул ганни и захлопнул дверь.
Клифтон удивился, почему сержант так разозлился. Ганни знал, что он еще не может работать, и не было похоже на то, чтобы они делали что-то действительно важное. Морпехи находились в Ираке уже два месяца и до сих пор ничего стóящего не предприняли. Клифтон думал, что будет каждый день участвовать в перестрелках, но пока это были просто скучные рутинные задачи, — определенно не то, ради чего он вернулся в морскую пехоту.
Он являлся командиром команды с позывным «Тень-6», — команды снайперов-разведчиков гордого 1-го батальона 23-го полка морской пехоты, — резервного батальона, постоянно дислоцирующегося в Техасе, но в настоящее время находящегося в западном Ираке. Подразделение было переброшено в Ирак на семь месяцев, и эта командировка стала первым случаем боевого применения батальона со времен Второй мировой войны. Большинство морских пехотинцев из 1/23-го временно располагались на авиабазе Аль-Асад, на которой, до ее захвата в середине 2003 года, базировались военно-воздушные силы Ирака. Эта вторая по величине авиабаза в Ираке, используемая коалиционными силами, располагалась в провинции Аль-Анбар примерно в 110 милях к северо-западу от Багдада. Гарнизон был защищен в основном своим изолированным местоположением, жилые зоны которого были дополнительно укреплены фортификационными сооружениями, и теперь он принадлежал 1-й дивизии морской пехоты, в частности, ее 7-й полковой тактической группе (ПТГ) и ее коллегам из авиакрыла КМП.
Первый батальон 23-го полка морской пехоты должен был обеспечивать безопасность и стабилизировать обстановку в регионе. Взводу снайперов-разведчиков была поставлена задача не допустить установки самодельных взрывных устройств на основных маршрутах снабжения. Для снайперов это означало ведение наблюдения за определенными дорогами на протяжении нескольких дней подряд в надежде поймать повстанцев, устанавливающих СВУ.
Клифтон встал с кровати и обулся. Ему захотелось понять, почему ганни так расстроился. Когда он вышел из своей «лачуги», его тело мгновенно охватил жар иракской пустыни. Все это было похоже на пребывание в духовке. Сама «лачуга» представляла собой товарный вагон, за исключением того, что ее превратили в жилое помещение для двух человек. В ней были кровати, дверь, электричество и кондиционер.