— Фиг их знает. Может, навигатор их маршрут перестроит, и они свалят, — предположил Гоша.
— Может быть… Может быть… — задумчиво произнесла Катя и обратила внимание, что машина остановилась метрах в тридцати — как раз там, где заканчивалась граница охранных амулетов, установленных ещё Юрием Пантелеймоновичем. От людей они не спасали, даже если те приходили с плохими намерениями, а вот перед любой нечистью возникала непроницаемая преграда. Гоша, имевший что-то вроде пропуска на территорию, проходил, испытывая далеко не самые приятные ощущения.
— Гоша, а ты видишь, где они остановились?
— Опа, точняк, — заметил вурдалак. — Похоже, нас ждёт неприятный сюрприз. Вот только кто из нечисти не боится солнечного света? Нас таких по пальцам пересчитать.
В этот момент двери кабины открылись со стороны водителя и пассажира. Вышли двое и снова остановились на охранной границе. Это были мужчина и женщина. Катя узнала их, хотя и не встречала лично. Андрей и Полина — два охотника, погибших в Новопокровке, выполняя миссию по её спасению. Она была им благодарна и видела их фотографии не раз, но точно знала: оба мертвы. Причём Полина — дважды. Кузя рассказывал, как отсёк самурайским мечом голову некогда близкой ему Полины. Он знал, что это была всего лишь пустая оболочка. Они все видели, как души мёртвых охотников прощались с ними перед тем, как отправиться в загробный мир.
Катя даже рассмотрела свежий шрам на шее Полины — след от катаны Кузи. Выходит, кто-то откопал тело, а голова… приросла обратно. Этим «кем-то» наверняка был Андрей — точнее, его физическая оболочка.
— Ты их знаешь? — поинтересовался Гоша, уловив её настроение.
— Не лично, — пробормотала девушка.
— Как думаешь, они не войдут?
— Не знаю…
Гоша встал, подошёл к окну, отдернул штору и приоткрыл створку, встав так, чтобы его не касались лучи солнца.
— Вы кто такие? Чего вам надо? Я вас не звал! Идите… — Гоша не успел договорить. Его рот остался открытым от удивления, потому что мужчина, ещё до его появления у окна открывший заднюю дверь фургона, извлёк РПГ-18 и водрузил гранатомёт себе на плечо.
Через мгновение Гоша своим острым зрением уже видел летящую ему прямо в лицо противотанковую гранату.
Кузя с Артёмом и Женей добрались до Новопокровки наутро, потратив на дорогу всю ночь. На съезде с трассы на грунтовую дорогу, ведущую в деревню, они увидели блокпост, который охраняло несколько человек в защитном камуфляже без знаков различия. Интересоваться, что это за люди и какое право они имеют блокировать дорогу, они не стали. К тому же охотники уже догадались — это были люди компании «Сибкорп».
Проехав ещё около километра и скрывшись из вида поста, они свернули с дороги в кусты, спрятав машину от посторонних глаз. Женя был хорошим оператором дронов, поэтому ему доверили разведку местности. Он остался в машине, а Кузя и Артём двинулись по лесополосе в сторону Новопокровки. Коптер летел впереди, осматривая путь, но пока ничего подозрительного не обнаружил.
Когда дрон улетел вперёд и связь с ним неожиданно оборвалась, Женя сообщил об этом по рации:
— Катя меня прибьёт, — выругался Кузя. — Похоже, нас засекли.
— Ожидаемо, — меланхолично заметил Артём.
— Так-то оно так. Но я надеялся, что хоть не так быстро. Похоже, у них там всё серьёзно.
— Предлагаешь повернуть?
— Мы что, столько сюда пилили, чтобы вот так слиться? Идём вперёд.
— Наш человек, — ухмыльнулся Артём — и тут же получил пулю в грудь. Его отбросило назад, и он скатился в небольшой овражек.
Кузя мгновенно среагировал, рухнув в траву и пытаясь определить, откуда ведут огонь. Но стрелок больше не проявлял себя — повисла напряжённая тишина, нарушаемая лишь стрекотанием кузнечиков. Из овражка донёсся шорох и сдавленный стон.
— Тёмыч, ты как, живой? — крикнул Кузя.
— Норм, командир. Прямо в броник, но калибр такой, что синяк по весь сосок обеспечен, — отозвался тот.
— Ничего, до свадьбы заживёт, — пробормотал Кузя, высматривая противника, как вдруг услышал у себя над головой голос:
— Ку-ку.
Кузя резко дёрнулся, пытаясь развернуть автомат, но не успел. Удар прикладом погрузил его во тьму.
Очнулся он от ледяной воды, которой его окатили из ведра. Голова раскалывалась от боли, перед глазами всё плыло, но хуже всего был знакомый голос, который он не сразу узнал.
— Опачки! Кто к нам пожаловал! Охотничек собственной персоной. Я-то думал, мы больше не встретимся. Хотя, бьюсь об заклад, ты тоже не ожидал меня увидеть.
Северный Мясник ухмылялся во все тридцать два зуба, демонстрируя жёлтую эмаль. От него несло соответствующим ароматом.
— А, маньячёк из погреба вылез. Устал от диеты из гнилых помидоров и картошки? Решил восстание устроить? — прохрипел Кузя.
— Вроде того. Но что забавно — ты со своим дружбаном оказались правы. Меня тут ценят и любят, — Мясник развёл руки. — Кстати, где ты его потерял? Я был бы рад его видеть.
— Потерпи. Подтянется.
