Непроницаемая улыбка не покидала жирного лица маркиза Водрёя, когда он спросил:
– В таком случае все произошло так, как я предсказывал?
– Да, – ответил Биго. – Точь-в-точь. Она шла рядом со мной, я держал ее пальцы в своей руке, и мне пришлось сделать большое усилие, чтобы тут же не заключить ее в объятия. Но если бы я это сделал, все было бы потеряно! А теперь она моя! Ее воображение распалено теми картинами, которые я нарисовал, она верит мне, и теперь нужно только заполучить этого молодого дикаря в Квебек. А потом…
– Ну конечно, – согласился с ним Водрёй. – Другого пути нет. Надо всегда действовать обдуманно и расчетливо. А когда все будет кончено, она с радостью придет к вам, Франсуа. Она еще молода, совсем ребенок. Ее прелестная головка вполне готова воспринять те образы, которые вы заронили в нее сегодня ночью. Впрочем, я полагаю, что на нашем пути стоит не столько ее возлюбленный, сколько отец.
– Об отце я позабочусь, – уверил его Биго, и губы его приняли жестокое выражение. – Дэвид Рок – вот кого нужно убрать с пути, но его смерть в данном случае нам не поможет. Нужно действовать другим путем.
– И этот путь гораздо более интересный, – заметил Водрёй, глядя на луну. – Франсуа, вы когда-нибудь видели ночь прекрасней, чем сегодня?
Анна только притворилась, будто собирается войти в дом и подняться к себе. Она чувствовала, что должна во что бы то ни стало повидать Дэвида, – возможно, даже придется просить Пьера Ганьона, чтобы тот проводил ее через лес к коттеджу Мэри Рок. Впрочем, нет – не нужно ей Пьера Ганьона. Она пойдет сама!
Быстро приняв решение, Анна обошла вокруг дома, приблизилась к окну комнаты, в которой жила старая чернокожая служанка, и постучала в стекло.
– Хлоя! Хлоя! – тихо окликнула она негритянку. – Хлоя, это я, Анна. Поднимись ко мне в комнату и принеси мою красную накидку. А потом разыщи отца и скажи ему, что я не могу заснуть среди этого шума, а потому переночую у миссис Рок.
Когда чернокожая Хлоя принесла ей теплую накидку, девушка быстро направилась к лесу и вскоре потонула в его мгле, которая лишь местами чередовалась с бликами лунного света. Когда она приближалась к опушке, с которой можно было разглядеть свет в доме Мэри Рок, она вдруг замерла на месте и затаила дыхание.
Опушка была залита волшебным светом луны; в ее центре стояла совершенно открыто человеческая фигура. Испустив радостный крик, Анна кинулась навстречу этому человеку, в котором без труда узнала Дэвида Рока. Тот уронил ружье на траву и, сняв шапку, стал дожидаться Анны, глядя на нее с изумлением.
– Ты знал, что я приду, Дэвид? – спросила она.
– Я знал только, что ты гуляла с интендантом Биго. И нисколько не скрываю, что после случившегося сегодня мне это чрезвычайно неприятно.
– Ты видел нас, Дэвид?
– Я стоял в тени большой липы, и вы так близко прошли мимо меня, что я увидел твою руку в его руке и услышал, как он говорил о королевских почестях, которые мог бы тебе дать.
– И мой ответ – разве он не доставил тебе удовольствия, Дэвид?
– Ответа я не расслышал.
– Я могла бы повторить тебе его, поскольку помню каждое слово. И я рада, что ты так ревнуешь меня, Дэвид, – добавила она, тихо смеясь, – в противном случае я чувствовала бы себя несчастной.
Она потащила его за собой к стволу упавшего дерева, лежавшего в том месте, где кончался лес, и повторила ему слово в слово свой разговор с интендантом.
Дэвид Рок ни разу не прервал ее, но краска стыда стала медленно заливать его лицо, а в глазах появилась какая-то растерянность. Очевидно, он не хотел, чтобы Анна заметила это, ибо отвел глаза в сторону.
– Дэвид, ты понимаешь, что это для нас значит? – дрожащим шепотом произнесла Анна. – Скажи мне, каково твое мнение?
– Мое мнение, Анна… что я ужасное ничтожество, если мог так нехорошо думать о тебе, когда увидел с месье Биго.
– Но меня это радует, Дэвид, – успокоила его девушка. – Твои мысли служат доказательством любви.
– Тебе не стыдно за меня, Анна?
– Нисколько! – горячо и страстно ответила девушка. – Я хочу сказать тебе, что жила в Квебеке и знаю, что такие люди, как ты, Дэвид, очень нужны там.
– Но если мы все уйдем в Квебек, леса останутся без защиты.
– Здесь будут другие, Дэвид. Когда наступит время и придется воевать, я предпочла бы видеть тебя во главе армии, а не одиноким воином в лесу.
– Но меня нисколько не тянет к жизни в Квебеке, она меня пугает.
– Сделай это ради меня, Дэвид, – сказала Анна Сен-Дени, прижимаясь щекой к его руке. – Поезжай в Квебек ради меня. И если к концу того года, что остался мне до окончания школы, тебе все еще не будет нравиться жизнь в столице, то я вернусь сюда с тобой навсегда.
– Ты обещаешь, Анна?
– Да, Дэвид.
– В таком случае мне ничего другого не остается. Я поеду!
Девушка бросилась в объятия своего молодого возлюбленного:
– О Дэвид, сейчас я люблю тебя больше, чем когда-либо!
– И всегда будешь так любить?
– Всегда!
– Даже если я не оправдаю твоих надежд?
– Даже тогда!
Она подставила ему губы, и юноша нежно поцеловал ее.
