– То есть решил? А линолеум в детской? А дядя Модест, который останется совсем один после твоего позора с публикацией Истории? А Главный, который уверен, что по планам инвестиций и территориального развития районов, в следующем году ты все закроешь и не подведешь руководство под монастырь?
В этот момент на кухню зашел Владимир Павлович, заспанный и расстроенный плохим сном. Он, прикрыв глаза ручонкой от света ночника, сказал:
– Папка, ну па-а-апка, полежи со мной, а? Полежи, а? Я же тебя так люблю, папочка мой любимый прелюбимый! Ну расскажи мне сказку, папочка…
Вовка развернулся, обреченной и заспанной походкой зашагал в детскую. Павла Ибрагимовича охватило отцовское чувство, в груди закололо, в глазах намокло. Он грустно помолчал, задумался. Ему стало стыдно. Ему стало горько. Ему стало обидно за чиновников, детей и Родину. Он помолчал, помолчал, и выдал:
– Давай дачу в Холюнкино, только с баней, и разбежались… Спасибо тебе… Прости…
«…Нет никаких общественных классов, социальных групп, бедных и богатых, интеллигенции и крестьян, эксплуатируемых и эксплуататоров. Это очки лукавого мышления, сквозь которые удобно и прилично смотреть на мир, который сейчас совсем уже не мир, а нечто среднее между миром и помойкой. Это ж надо было такое ляпнуть, Авдий, Авдий…
…Есть власть и народ. А что такое народ? Это один язык, одна территория и воля продолжать жизнь, оставаясь самим собой. Вот ключевые отличия, которые делают разные народы разными и непримиримыми, как бы их ни мирили, и едиными, как бы их не разделяли на классы, группы, сословия…
…Но тогда в России нет народа, вернее, тогда на просторах России сложилось целых три народа, каждый со своим – малопонятным для других – языком, волей к жизни. Но их объединяет территория, одна территория на троих… Чиновный народ, Западный народ и Обыватели. Так говорил Авдий языком моим…
…Авдий назвал чиновников в России отдельным многочисленным народом. Я спросил: «Почему многочисленным, ведь их всего-то миллиона два, наверное, или три, или пять?» Потом понял, что их гораздо больше: помимо чиновников всех мастей и уровней, в том числе выборных, к этому народу надо отнести мелких и крупных чинов полиции, армии, спасателей, пожарных, директоров школ с завучами и главврачей больниц вместе с членами их семей. А в один Чиновный народ их всех объединяет образ мысли и жизненные интересы, вернее: язык, воля к жизни, территория…
…Государевы люди, или Чиновный народ – это такой народ, главным отличительным признаком которого является любовь к порядку и собственному стабильному благополучию. При всем влиянии варяжского, ордынского и немецкого орднунга, этот народ тем не менее не утерял чисто русской стеснительности и удивительного долготерпения. Благодаря этой стеснительности он наиболее из всех трех сохранился до наших дней в своем первозданном единстве. Как и в любом народе, экземпляры в нем есть различные, но главный свой жизненный интерес и охранительскую функцию – принцип «что угодно, только не потрясения» – они выполняют. Ну не любят они потрясений и особо ярких эмоциональных проявлений у граждан, поскольку видят в них дурь и угрозу государству, то есть прежде всего – себе. Откуда этот Чиновный народ берется? Из другого народа – Обывателей. Этот момент важен. Сам по себе чиновники почти не воспроизводятся. Своими детьми высшие чиновники чаще пополняют Западный народ, как Ксюшей Собчак пополнилась тусовка, или Володей Ульяновым революционная мысль. Достаточно на фотографии 99 % чиновников в школьные или студенческие годы, и вы удивитесь: были ж люди как люди, кто бы мог подумать!
…Главная проблема Чиновного народа заключается в том, что его представители очень много сил потратили на то, чтобы стать чиновниками: были выскочками и хвастунами, терли терки и брали на себя ответственность в разборках, организовывали взятки преподавателям на экзамен за всех сразу и мучительно готовили выступления на расширенных педсоветах или в студенческих профкомах. Они почти за бесплатно работали старостами университетских групп, изображали из себя талантливых «кавээнщиков» и, зажмурившись, заигрывали со старыми девами из отдела повышения квалификации. В итоге чиновники так хорошо знают Обывателей, из которых сами вышли, что сил на ежедневную любовь и уважение к великому и могучему народу-Обывателю и заодно к интеллигентскому Западному народу – ну просто нет. Те, соответственно, платят чиновникам тем же.
Так вот и живут много веков: выбился в писари – сделай прическу с пробором и душегрейку оденься, но и в ответ, смотри, оглоблей из-за угла в любую минуту прилететь может…
