— Может быть. Как тебе известно, я недовольна твоими планами. Но перспектива быть порванной на куски Псами Тьмы меня удовлетворяет еще меньше.
— Разделяю твое мнение. Отлично. Итак, если я попрошу помощи, ты будешь знать, что сделать?
— Да.
Паран отвернулся. — Возможно, это звучит странно, — сказал он, — но я почему-то все меньше тревожусь за судьбы здешних культистов.
— Да, это странно. Ваш род поклоняется страху и от страха. Здесь ты освободишь пять ликов страха. Так что пусть бедняги пострадают.
— Если бы они не желали привлечь внимание богов, они не разливали бы тут кровь.
— Кто-то среди них искал выгод, силы от их явления. Верховный жрец, шаман…
— Ну, если Верховного жреца не убьют Псы, это сделают их поклонники.
— Суровый урок, Ганоэс Паран.
— Скажи это мертвым женщинам.
Джагута промолчала.
Они вышли из храма, и свет погас за ними.
Паран увидел взгляд купца, напряженный, полный ужасного предчувствия, и кивнул. Мастер — трайгалл отвернул лицо. Он и так был утомлен, а сейчас, казалось, его силы десятикратно уменьшились.
Подошел Еж: — Это могли быть дольщики…
— Нет, — ответила Ганат. — Две женщины в роскошных одеяниях. Можно заключить, что дольщики встретили свой рок где-то в ином месте.
Паран сказал Ежу: — Теперь твоя работа, сапер. Призывание Дераготов — но сначала подумай, они близко, нужно время…
— Побегу как дерьмо из Худовой задницы. Ясно. — Еж показал мешок. — Если хотите спросить, где я все это прятал, не трудитесь. Здесь, в этом месте. Детали не важны. — Он ухмыльнулся. — Некоторые мечтали взять в последний путь золото. А я всегда предпочитал морантские припасы. Ведь никогда не угадаешь, что ждет на той стороне. Так что нужно сохранить возможность взорвать всё к чертям!
— Мудрый совет. Припасы здесь сработают?
— Не сомневайтесь, капитан. Смерть когда-то назвала это своим домом.
Паран посмотрел на статую. — Ты намерен взорвать их.
— Да.
— Рассчитанная отсрочка взрыва.
— Да.
— Да вот только у тебя пять зарядов, и до последней статуи двести или триста шагов.
— Да. Это будет трудно — нет, назовем это вызовом. Вот Скрип был в этом искуснее. Но скажите, капитан — вы уверены, что Дераготы не станут просто околачиваться поблизости?
— Абсолютно. Они вернутся в родной мир — разве это не пытались сделать двое первых?
— Да. Но у них есть тени. Может, эти решат сперва поохотиться за ними.
Паран нахмурился: — Я не подумал. Да… В Королевство Теней.
— Если Гончие Тени сейчас там.
"Проклятие". — Ладно, ставь заряды, сапер. Но не начинай отсчет.
— Сделаем.
Паран поглядел в спину Ежа. Вытащил Колоду Драконов. Помедлил, глянул на Ганат, потом на Карполана. Они увидели, что у него в руках. Трайгалл явно побледнел и поспешил скрыться в карете. Спустя миг Ганат, бросив на капитана загадочный взор, последовала за магом.
Паран позволил себе тихо улыбнуться. "Да, зачем показываться тому, кого я вызову?" Присев на корточки, он разложил карты на настиле из прутьев. Поднял одну, отложил в сторону. "Высокий Дом Тени — кто тут главный, клятая Колода, я или ты?"
— Амманас, — промурлыкал он, — я требую твоего внимания.
Темное изображение Дома осталось безжизненным. Лакированная деревяшка.
— Ну ладно. Скажу иначе. Темный Трон, поговори со мной здесь и сейчас, или все, что ты задумал и сделал, окажется буквально порванным в клочки.
Дом еще сильнее затемнился, замерцал, и явилось что-то вроде смутной фигуры на черном троне. Голос прошипел: — Лучше бы это оказалось важным. Я занят и, к тому же, сама идея Владыки Колоды Драконов меня раздражает. Давай.
— Дераготы сейчас будут освобождены, Темный Трон.
Явное оживление. — Какой тупоголовый идиот это сделает?
— Боюсь, все уже решено…
— ТЫ!
— Слушай, у меня есть причины, и они находятся в Семиградье.
— Ох. — Фигура откинулась на спинку трона. — Причины. Да, да. Умно. Но все же непроходимо глупо.
— Темный Трон, — продолжил Паран, — те две Гончих, убитых Рейком. Взятых Драгнипуром.
— И что с ними?
— Я не уверен, что именно ты знаешь, но я освободил их из меча. — Он ожидал нового взрыва показного гнева. Ничего. — Ага, уже знаешь. Хорошо. Да, я открыл, куда они ушли… сюда, где соединились со своими подобиями. Потом их освободили — нет, не я. Недавно я узнал, что их уже успели убить. И к лучшему.
