Правда, не всегда удается правильно сориентироваться на местности. Начинаешь спрашивать дорогу, и первый попавшийся прохожий отвечает, пожимая плечами: «Сорри, ай эм греко». Другой оказывается албанцем, третий румыном… короче, проще разобраться самому по карте. А если ты встретишь истинно итальянскую пару, то муж с женой обязательно заспорят, куда тебя отправить – «дестра» или «синистра».
Стыдно ли быть невеждой?
Во время прогулок по Риму в тебе все время спорят два голоса. Когда экскурсоводческая старушка упоминает очередного неведомого тебе Кая Марцелла-младшего, один внутренний голос начинает нудно упрекать: «Стыдно образованному человеку не знать, кто такой Кай Марцелл-младший». А другой отвечает ему: «Ничего не стыдно! А итальянцы-то знают нашего Дмитрия Донского? Да и вообще, на каком уровне у нас преподавалась история Древнего Рима? Это же страх голимый! Несколько страничек убористого текста в учебнике за пятый класс! Такое впечатление, что светлыми личностями в Риме оказались только Муций Сцевола да какие-то братья Гракхи, защитники обездоленных. Остальные были просто компанией кровожадных маньяков и параноиков и совершали поступки, плохо объяснимые с точки зрения психически здорового человека: то назначали коня сенатором, то совращали своих собственных сестер, то еще чего-нибудь похуже».
Да ладно, добро еще бы мы эту историю учили! Так ведь играли на уроках то в морской бой, то в пробочки, то дрались портфелями. И нисколько нам не интересны были эти покрытые пылью древние бородатые дядьки со своими странными поступками.
Я не знаю, как еще описывать Рим. Одних соборов там то ли 358, то ли 385. И каждый достоин не одной такой главы. Придется просто вкратце перечислить то, что нам показывали в рамках экскурсионной программы: удивительный Пантеон, построенный в 27 году нашей эры и прекрасно сохранившийся до наших дней, где для освещения служит огромное круглое окно в куполе, открытое прямо в небо. Площадь Испании, где сотни туристов отдыхают на ступеньках лестницы Тринита деи Монти. Площадь Навона с тремя умопомрачительными фонтанами. Тибр, зеленый и заболоченный. Фонтан Треви, прозрачный, как слеза младенца; в него полагается бросить монетку, чтобы вернуться в Рим.
Ватикан
Муссолини – личность одиозная. Но вот папа римский должен быть ему благодарен: в 1929 году дуче наконец-то решил вопрос об автономии Ватикана и отделил его от Италии. Ватикан крохотный, его даже в квадратных километрах не выразишь, а только в сельскохозяйственных терминах – всего 44 гектара. Обнесен он грандиозной каменной стеной, у входа – огромная очередь из туристов. Все хотят посмотреть ватиканские музеи. Даже непонятно, как здешние священники служат Богу в такой суете, гаме и хаосе. Станцы Рафаэля – это здесь. И Сикстинская капелла – тоже здесь. Говорят, папа Юлий II заставил Микеланджело четыре года работать над фресками за свой счет, а потом придумал какую-то причину и не рассчитался. Оказывается, и тогда было кидалово! Представляю, как обидно стало Микеланджело. В конце концов, он же не молдавский гастарбайтер, чтобы с ним так поступать.
Сердце Ватикана – собор Святого Петра. В итальянских путеводителях он неизменно значится как самый большой собор в мире, хотя недавно римлян переплюнули африканцы – церковь на несколько метров выше построена где-то в Сенегале или Камеруне. Но не отдавать же пальму первенства несчастному Камеруну!
Проходя через собор Святого Петра, полагается потрогать правую ногу бронзовой статуи апостола Петра. И будет вам счастье. Оттого на правой его конечности пальцев уже совсем не видать – столько миллионов истрогало! Кто-то, похоже, не знает, где сено, где солома, и ошибочно трогает левую – на ней тоже с пальцами не все в порядке.
Насчет Сан-Пьетро злые флорентийцы, конечно же, тоже прошлись. Якобы Микеланджело, покидая Флоренцию, сказал, обращаясь к Санта-Мария-дель-Фьоре: «Я уезжаю в Рим, чтобы построить твою сестру. Больше тебя, но не такую красивую». Скорее всего, эта история придумана «от балды». В самом деле, чушь какая-то! Все равно что он сказал бы: надоело работать в полную силу, поехал я слегка подхалтурить. Это они, конечно, от зависти.
У выхода из Сан-Пьетро стоят швейцарские гвардейцы – охраняют покои папы. Разнаряжены довольно нелепо, но несут свою понарошечную службу очень серьезно. Говорят, идти в гвардейцы никто из молодежи не хочет – плохо оплачиваемая, да и непрестижная работа. Самого понтифика летом в Ватикане нет – отдыхает на море, поправляет здоровье.
Граница между Ватиканом и Италией условна. Несколько каменных столбиков на площади Святого Петра. Стоит переступить их – и ты снова в Риме.
Юг
Какой все-таки этот итальянский сапожок длинный! Это только на карте он такой компактный, а на самом деле в длину больше тысячи километров. Катишься по нему и катишься, ни сна ни отдыха измученной душе.
