Охотники за пламенем полностью

– Больше нет, – заметила Зафира, пытаясь разобраться во внезапно нахлынувших эмоциях. Дин полюбил чужую сестру так же сильно, как свою.

К помосту, где сидели Ясмин и Зафира, неторопливо подошёл молодой человек. Казалось, вышивка на его таубе излучала такое же самодовольство, как и ухмылка на лице. Он окинул фигуру Ясмин оценивающим взглядом, отчего Зафира загорелась желанием вырвать ему глаза.

– Охотник выгнал тебя из постели, и ты тут же нашла запасной вариант? – спросил он невесту.

Ясмин улыбнулась, изящно сложив руки на коленях.

– Подойди-ка ближе. Открою тебе секрет.

Приподняв бровь, он ухватился за шанс приблизиться к красавице.

– Это я его выгнала, – любезно ответила Ясмин. – Мне наскучило, понимаешь? И я с радостью тебя вышвырну со свадьбы, раз уж тебе так сложно быть вежливым.

Парень открыл рот, но Ясмин ещё не закончила.

– В следующий раз, когда юный Бишр придёт на занятия, я обмолвлюсь о выходках его старшего брата. Подождём, что скажут ваши родители, а?

Он отпрянул, будто получив пощёчину, и неуклюже поспешил прочь.

Ясмин, приподняв бровь, взглянула на Зафиру.

– Вот так я и воспитываю сорванцов, не марая рук. А ты, я видела, уже готовилась оторвать ему голову.

– На войне все средства хороши, но ты, пожалуйста, продолжай в том же духе, – протянула Зафира.

Тайная личность Охотника подарила Раадам своего рода известность, поскольку не было лучшего способа выяснить правду, чем через двух людей, которые его – её – знали.

Хотя сил Охотника и не хватало, чтобы накормить около трёхсот жителей западных деревень, помощь в виде еды тем не менее поступала постоянно. В народе ходила молва, что Арз создал чудно́е мясо, и люди, вкушая лакомые кусочки, тотчас наедаются. Зафира же считала, что сытости способствовал опыт Дина в распределении продуктов. Благодаря ему жители деревень получали еду хотя бы раз в несколько дней.

Конечно, деменхурцы содержали домашних животных, однако овец и крупного рогатого скота просто-напросто не хватало. Были и те, обычно более состоятельные люди, кто стекался со всего халифата, чтобы отведать мяса из опасного Арза, добытого известным Охотником. Именно к ним Зафира питала настоящую ненависть.

– Хватит бросать на гостей убийственные взгляды, Зафира. У тебя нет с собой лука, да к тому же ты в платье, – напомнила Ясмин.

Зафира, любуясь неземной красотой подруги, заглянула в смеющиеся глаза.

Бледно-золотое платье с расклешёнными рукавами сияло переливами бусин. Волосы цвета бронзы были собраны на затылке и украшены изумительной кружевной шалью и венком из белых цветов. Щёки Ясмин залились румянцем, а тёмная краска для век сделала невесту старше её семнадцати лет.

– Прости, Ясмин. Слишком уж много глаз обращено в мою сторону.

«А из головы не выходит письмо».

При мысли о таинственном послании пульс Зафиры участился. Она хотела отправиться на поиски. Хотела торжествовать победу. Или, по крайней мере, наконец-то найти ответы на волнующие её вопросы. Может ли книга вернуть волшебство? Замешан ли в этом халиф?

На самом деле халиф Деменхура не был плохим человеком. Если бы он, например, узнал о женской сущности Охотника, он бы не стал снимать ей голову с плеч.

По крайней мере, так думала Зафира.

Но кто во время её отсутствия продолжит кормить народ? Что, если попросить у женщины в серебряном плаще оленины или монет? Если таинственная незнакомка так уж желала участия Зафиры в поисках, ей следовало бы предложить нечто большее, чем подкинутое письмо. Тогда Ясмин и Дин могли бы…

– Зафира. Хватит.

– Ты о чём? – изумилась Зафира, изображая невиновность.

– Вижу, ты думаешь о чём-то постороннем.

Зафира не ответила, и тогда Ясмин, вздохнув, сменила тему:

– Отлично выглядишь сегодня.

Зафира настолько громко усмехнулась, что привлекла внимание женщины, которая одарила её озадаченным взглядом. Вот любопытная голова.

– Сегодня? Быть может, причина в невесте? Или в слишком тесном платье?

Ясмин хмыкнула, отчего глаза женщины чуть не вылезли из орбит.

– Так и знала, что стоило купить тебе новый наряд, – проворчала Ясмин.

Однако платье Зафиры, вопреки своему «возрасту», по сей час оставалось одним из любимых. От чёрного широкого подола до украшенного чёрной филигранью выреза цвет ткани постепенно переходил к тёмно-синему. Дерзкие золотые штрихи окаймляли плечи и спускались вниз по рукавам, заканчиваясь маленькими точками. Узор был главной причиной, по которой Зафира потратила на платье лишние динары, – он напоминал ей стрелы. Гладкие, блестящие, грозные и одновременно прекрасные.

Зафира уже открыла рот, чтобы возразить, но Ясмин продолжила:

– А из-за твоей причёски меня и вовсе не замечают!

Зафира осторожно прикоснулась к волосам. Ей понравилось, как женщины заплели их в корону на макушке. Из-за высоты причёски Зафире даже пришлось оставить платок дома. Теперь она наконец-то почувствовала себя красивой, даже царственной. Однако красота Ясмин, вопреки всему, была несравненна.

– О, Ясмин, сегодня даже луна не осмелится взойти на небеса. Даже она померкнет рядом с твоей красотой.