Охотники за пламенем полностью

– Кажется, твоя мать пошла по стопам султанши, когда даровала тебе имя.

Зафира моргнула от удивления.

– Почему?

– Зафира означает «победительница». – Краем тюрбана Альтаир вытер со лба пот. Ткань была тёмной с красной каймой, напоминающей змею, яркую, ядовитую и одновременно обольстительную. – Как и Насир, имя нашего любимого наследного принца. Понимаешь, Охотница, я кое-что знаю об именах.

– Он кое-что знает о слишком многих вещах, – проворчал темноволосый мужчина.

– Ой, да ладно тебе, хашашин. Неужели я слышу ревность?

Убийца. Это объясняло одежду и расчётливые движения. Если бы не Альтаир, который угрожал ей убийством, можно было бы легко предположить, что Дина убил хашашин.

– Мне известно имя принца, – заявила Зафира.

Альтаир одарил её странным взглядом. Хашашин и вовсе отвёл глаза.

Они свернули на восток на извилистую дорогу, усеянную разбитыми камнями и песчаными дюнами. Альтаир на ходу срубал мёртвые лозы, пока Зафира, вглядываясь в расчищенный путь, думала о том, как найти Джаварат.

И о плане побега.

– Нам сюда, – позвала Зафира, поворачивая на север, чтобы выйти из мрака.

Сарасинцы переглянулись.

– Я чувствую, что Джаварат находится ближе к центру, – добавила она.

Хашашин взглянул на Альтаира и путь, который тот избрал.

– Нет. Нам туда.

Низкий, безжизненный голос вызвал дрожь на коже Зафиры.

– Нет, эта тропа приведёт к окраинам острова.

– Так говорит твой компас? – отозвался Альтаир. – Ты… получила компас?

– Что? – переспросила Зафира и тотчас вспомнила о компасе Дина. От воспоминаний сердце раскололось надвое. Она покачала головой прежде, чем Альтаир заметил её страдания. Прежде, чем хашашин своим холодным, расчётливым взглядом смог прочитать её мысли.

Он приблизился, и тогда на ладони в перчатке Зафира увидела малиново-серебряный компас. Который напомнил о Серебряной Ведьме.

Альтаир оглянулся.

– Куда он указывает?

– Он сломан, – резко ответил хашашин и захлопнул крышку.

Лжец. Зафира видела движение стрелки.

– Нам не нужен компас, – заявила она. – Я знаю, куда иду. Я всегда знала.

Она просто не знала как. Когда-то она приписывала это знание опыту. Как пекарю, который ежедневно выпекал харши[37], не требовалось взвешивать манную крупу, так и ей никогда не требовался компас. Но если бы пекарь столкнулся с неизведанным ингредиентом, разве не стал бы он колебаться? Разве в этом случае ему не понадобилась бы помощь?

Зафира не думала дважды, какой путь избрать в руинах Шарра. Странное возбуждение в её крови успокаивалось только тогда, когда она сворачивала в правильном направлении.

– Ну да. Да, мы, конечно же, пойдём за девушкой, которая выбирает дорогу, основываясь на предчувствиях, – проворчал Альтаир, отвлекая её от мыслей.

Зафира в ответ закатила глаза и оставила спутников за спиной. Но разве Дин не говорил подобного?

Дорога, которую она выбрала, убила его.

Она остановилась и вдруг услышала звон скимитаров, упавших в ножны. За ним последовал топот сапог по песку и камням. Привести гиганта и его ворчливого товарища к смерти – не такая уж плохая идея.

– Я знаю, о чём ты думаешь, – как всегда учтиво заметил Альтаир.

– Нет, не знаешь, – отозвался другой.

Зафира даже не стала спрашивать его имя.

– Почему ты всегда думаешь, что я говорю с тобой?

– А разве похоже, что она тебя слушает?

– Почему мужчины думают, что женщины не слышат их, если на них не смотрят? – возмутилась Зафира.

Спустя некоторое время она обернулась. Парочка шла по пятам. Молча. Значит, предыдущая перепалка оказалась уловкой. Причина, по которой они нуждались в союзе с ней, приводила Зафиру в ужас.

Охотница прикоснулась к джамбии Бабы на своём бедре.

– Ну? Рассказывай.

– О чём? Хочешь, спою песню, чтобы скоротать время? – предложил Альтаир.

– О результатах твоего чтения мыслей, – невозмутимо пояснила Охотница.

– О, дело в том, что я за несколько лиг вижу, как ты замышляешь убийство, – протянул Альтаир. А затем добавил с резкостью в голосе: – Тебе следует знать, Охотница: твоё лицо выдаёт все твои тайны.

– Зато мой мозг, в отличие от твоего, действует раньше лица, – парировала Зафира. Она знала, что лицо выдавало её. Все знали. И Дин знал лучше всех.

Альтаир засмеялся:

– Для меня было бы нехарактерно не согласиться.

По мере того как они удалялись от каменных укрытий, Зафира обращала всё больше внимания на многозначительные взгляды, которыми обменивались двое молодых людей, когда думали, что она не заметит. Больше всего её пугал взгляд темноволосого мужчины.

Чем дольше Зафира шла по песку и неустойчивым камням, тем труднее становилось дышать. Капюшон превратился в клетку; глаза горели, когда между веками просачивался пот. Мир качался, горизонт дрожал.

Зафира облизала потрескавшиеся губы.

Вода. Куда бы она ни посмотрела, везде мерещилась вода.

«Мираж, Зафира. Это мираж».

– Охотница? – Альтаир остановился рядом, когда она ухватилась за решётку, чтобы удержаться в вертикальном положении. Она нетерпеливо махнула рукой, и он, пожав плечами, продолжил путь, шаркая по песку.

«Дыши. Сними свой жалкий плащ».