– Это своеобразный титул, который носит наследник, мужчина, которому предстоит стать следующим предводителем, ну что-то вроде принца в своем клане, и Рори казался мне принцем во всем, до кончиков ногтей. Он был потрясающе красив. Высокий, широкоплечий, с блестящими огненными волосами и синими глазами. Все девчонки были без ума от него.
Я никогда и не надеялась, что Рори вообще удостоит меня взгляда, когда столько девушек стайками ходили за ним, намного более женственных и изящных. И высоких…И все же весной, когда мне стукнуло пятнадцать, он обратил на меня внимание. Мне… мне показалось чудом, когда он в первый раз улыбнулся мне. Как если бы весь остальной мир куда-то исчез, просто растаял вместе со всеми моими невзгодами, пренебрежением и презрением, которым меня травили, придирками от слуг и домочадцев, которые я терпела в доме своего отчима.
Мартин еще больше нахмурился, его неприязнь к этому принцу из воспоминаний Кэт выросла до настоящей ненависти. Он явно не желал и слышать ничего больше об этом Рори О'Мира.
Но стоило Кэт замолчать, как он попросил:
– Продолжай.
– Он сразил меня окончательно. И он вел себя так, что заставил меня поверить в свою любовь ко мне. Я отдала ему свою девственность теплой весенней ночью на вересковом поле. – Ее синие глаза затуманились, и она уткнула голову в матрац, пытаясь спрятать лицо. – После того, как Рори получил все, что хотел от меня, он даже не оглянулся. Вовсе не новая повесть, все та же душераздирающая история, случающаяся со столькими глупыми девчонками. – Ее губы сжались от презрения к самой себе. – Я думала, что я-то уж точно окажусь гораздо умнее. Через неделю после того, как он взял меня, Рори обручился с дочерью предводителя соседнего клана, премилым, довольно пухленьким созданием по сравнению с таким костлявым подростком, как я, да еще богатой и значимой в обществе.
Мартин поднес руку Катрионы к своим губам и стал целовать кончики ее пальцев.
– Выходит, этот мерзавец разбил ваше сердце. Я хотел бы завтра же поплыть в Ирландию и там размозжить ему голову.
– Вот уж чего делать не нужно вовсе. Последнее, что я слышала о Рори, что он возглавил клан после смерти моего отчима. Как и большинство ирландцев, О'Мира дико мстят всякому, кто угрожает их предводителю. – Она гордо вскинула голову, выдвинув вперед подбородок. – Да и не нуждаюсь я ни в ком, чтобы проломить ему голову. Какая в этом была бы для меня радость? Я предпочла бы сделать это сама. – Губы Кэт сложились в хитрющую и злобную улыбку. – По правде говоря, я уже все сделала.
– Ох, та petite chatte, – хмыкнул Мартин. – Как же я раньше не догадался!
– Я хорошим резким ударом сломала Рори нос. В день его свадьбы, в качестве свадебного подарка. Мать упала в обморок, а отчим основательно выпорол меня. Мне было все равно. Дело того стоило. К тому времени, как болячки на моей заднице зажили, я уже больше не думала о Рори.
– Правда? – скептически поинтересовался Мартин.
– Сердца не разбиваются, Мартин. – Она посмотрела на него с грустной улыбкой. – На них только остаются вмятины. Я научилась осторожности.
– Настолько, что с тех пор отгородила себя от всех мужчин.
– У меня бывали другие любовники.
– Но вы никогда больше не позволяли себе рисковать, потакать любви, которая возносит над землей, захватывает все твое существо.
– Хотите сказать, такая любовь была у вас к Мири Шени? – насмешливо фыркнула Кэт.
– После случившегося с Кассандрой я чувствовал себя не вправе касаться даже ботинка Мири. Но да, я потратил годы, стремясь стать достойным Мири.
– И вы хотите сказать, что в течение всего того времени соблюдали обет безбрачия?
– Ну…нет. Моя служба на короля Наварры часто забрасывала меня далеко от Мири. Порой мне приходилось потворствовать чувственным инстинктам своего организма, но это не имело никакого отношения к моему обожанию Мири.
Внезапный выпад застал его врасплох, и Катриона опрокинула его на спину и нависла над ним, укоризненно разглядывая.
– Знаете, в чем ваша беда, Мартин Ле Луп?
– Нет, – вздохнул Мартин. – Но я уверен, мне сейчас все расскажут.
– Вы чересчур возвеличиваете свои чувства, вы поклоняетесь симпатичной вам женщине, ну, скажем иначе, предмету вашей любви, как какой-то далекой звезде. – Кэт с досады пробила кулаком воздух. – А вам нужна женщина, которая знает, как жить на этой земле, по уши в мерзостях нашей жизни, и будет трудиться, и сражаться рядом с вами, и страдать и радоваться вместе с вами, и вы оба станете заботиться друг о друге, любить друг друга и… и оберегать.
– И, как я предполагаю, в этом вашем романтичном видении есть два горячих тела, сцепленные вместе ко взаимному удовольствию? – саркастически уточнил Мартин, поднимая одну бровь.
– Да, конечно же, это же часть любви.
– А как насчет союза двух сердец и душ? La grande passion[24]? Вы не верите в это? – настаивал он.
