В ветвях берозиса — дерева с белым стволом и коричневыми пятнышками, я заметила фасханов, злопамятных и чрезвычайно мстительных птичек. Они терпели друг друга только в период гона и высиживания потомства, а в остальное время самки и самцы обитали по отдельности. Охотники предпочитали обходить этих пернатых стороной и никогда не разбивали стоянку поблизости от гнезда. Во-первых, разорят и утащат из лагеря все, что плохо лежит. А, во-вторых, заклюют и загадят, переполошив пол леса, если только почувствуют угрозу или им что-то не понравится. Учитывая, на какие жертвы птицы шли для продолжения рода, то их бешеную ярость в отношении воришек, разоряющих гнезда, я считала обоснованной.
Подобраться к гнезду фасханов, стащить яйца и уйти незамеченными были способны только опытные охотники. Умение бесшумно передвигаться в Иринтале — залог долгой жизни. Вот и получалось, что численность фасханов регулярно сокращалась сурами, оттачивающими мастерство, а также любителями полакомиться питательными яйцами лесных птичек.
Еще по дороге сюда мне попалась на глаза старая коряга, под корой которой расплодилась колония личинок. Я прихватила с собой горсть, намереваясь использовать слизней в качестве приманки. Они бы и в пищу сгодились, если уж совсем припрет. Пока фасханы лакомились жирными личинками, я забралась в гнездо и вытащила оттуда часть яиц. Каждое было размером с фалангу большого пальца и содержало массу полезных организму веществ. Желтки часто добавляли в восстанавливающие зелья, чтобы больной быстрее выздоровел и набрал форму, а скорлупу использовали для косметических мазей.
Я не загадывала, удастся ли сохранить питательный продукт для Лаэрта, но для задумки требовались разбитые скорлупки. Я утолила голод, употребив сырое содержимое, а улики подбросила воякам, потерявшим бдительность. Едва я отступила и затаилась в соседних кустах, как над укрытием наемников раздался возмущенный клекот.
Попались! Наблюдая, как два здоровых лба отбиваются от парочки злющих птиц, я только посмеивалась. Наемники еще не подозревали об истинном масштабе пакости. Вещи, уделанные фасханьим гуано, не подлежали ремонту. Их проще было выбросить, чем отстирать, а любой металл мгновенно покрывался ржавчиной, если только он не изготовлен из зачарованного сплава. Но откуда такое оружие или доспехи у простых наемников?
Провокация удалась на славу. Один из наемников неудачно споткнулся, не удержал равновесие и кубарем покатился с вершины оврага. Распластавшись среди коряг, он вскрикнул и разразился проклятиями в адрес взбесившихся птиц. Судя по воплям, разносящимся по лесу, бедолага еще и ногу сломал. Пока второй караульный спускался по крутому склону на подмогу товарищу, я вернулась к месту их лежки и собрала скорлупки. Пусть теперь теряются в догадках, отчего фасханы так разозлились. Помимо этого, моей добычей стал вещевой мешок разбойника, который уже изрядно поклевали и обосрали летающие диверсанты. Ничего путного внутри не обнаружила, кроме смены белья, походного котелка и ложки. Но для меня даже эта находка имела ценность. Травок в лесу полно, и они требовали обработки перед использованием. В том же котелке я бы варила зелья или же кушать готовила. Остальные вещи прихватили из вредности, потому что могла. Меня же до нитки обобрали!
Дальнейший путь лежал к логову разбойников. Я усилила бдительность, подозревая, что из лагеря кого-нибудь пошлют проверить, что там за крики. Посланник скоро появился, взлохмаченный и злой, будто его недавно подняли с постели. Не прошло и пяти минут, как он уже песочил в хвост и гриву незадачливых караульных, которым хватило ума потревожить гнездо фасханов.
Лес постепенно редел, кусты будто нарочно вырубили, чтобы отслеживать любые перемещения. Среди разбойников попадались опытные наемники, которые регулярно ходили с караванами по окружным трактам. Значит, и наблюдательный пост могли разместить на деревьях, чтобы никакой хищник не застал врасплох, и обзор был хороший. Я припрятала нехитрую добычу в корнях берозиса, замаскировала схрон травой и сухими ветками. Сама же отошла подальше и белкой взобралась по стволу наверх. Туда, где ветви переплетались в единую крону, заслоняли собой солнце и простирались зеленым полотном на десятки метров.
Учитель не зря натаскивал нас на передвижение по столбам, развивал выносливость и приучал к перемещению по воздуху. Некоторые участки дороги в Иринтале не предусматривали иного способа передвижения. Да я и на практике получила доказательства, как умение взбираться по отвесным стенам помогает выжить.
