– Да. Она навестит нас позже. Тогда мы сможем спокойно с ней поговорить.
– Хорошо. – Хорошо ли это на самом деле? Безучастное лицо Реми смутило меня.
– Еще что-то?
– Я переживаю за Окту, Севен. Что-то с ней не так.
О, но что-то в таком духе приходило в голову и мне. Обогнув обнимающуюся парочку, чтобы не зацепиться за них сумкой, я продолжила разговор:
– Мы ее потом спросим, ладно?
– О, о.
Я подняла взгляд, чувствуя, как подступает тошнота. Если Реми говорит «О», это вряд ли значит что-то хорошее. Толпа школьников собралась у плаката, который висел на стене рядом с дверью кабинета математики миссис Орлеан. Уже издалека я разглядела, кто нарисован на плакате с короной. Наталья Бойко.
Ученицы шептались. Как только одна из них заметила и показала на меня, они засмеялись.
НАТАЛЬЯ – ПОДЛИННАЯ ПОВЕЛИТЕЛЬНИЦА ПРИЗРАКОВ
Вот что было написано жирными буквами под фотографией. Я поняла. Кампания. Наталья хотела непременно стать повелительницей призраков, и корона королевы бала тоже должна достаться ей. Я безразлично пожала плечами. Да пусть забирает.
Мое равнодушие, кажется, озадачило девочек. Больше не обращая на них внимания, я вошла в класс. Их визгливые голоса стали тише на фоне общего гула, но, к сожалению, по-прежнему были слышны.
– Она скоро надоест Кроуву. Скоро эта дурочка ему наскучит, и он пойдет на бал с Натальей. Они идеальная пара.
К сожалению, я не могла сказать, что это высказывание прошло для меня бесследно. Боль кольнула в груди. Кроув и Наталья… худший кошмар. Эту картину я не хотела видеть больше всего на свете. За исключением разве что демонов.
На общем уроке математики я вообще не могла сосредоточиться на том, что говорила миссис Орлеан. Вместо этого продолжала искать в интернете что-нибудь про Дорогую Ханну. Мысли постоянно возвращались к моим заметкам о ней… Пока что поиск дал не слишком много. Только то, что под описание подходила смерть маленькой девочки из Оклахомы. В 1773 году. Но я точно понимала, что это еще не все. Как она умерла? Какое отношение к этому имеет ее соседка? И что ей нужно от меня? Чтобы я умерла? Но почему?
Примерно такими же, если не меньшими, были и мои успехи в исследовании способов контакта с призраками, которые находятся по другую сторону. Ничего, просто ничего.
После урока Окта поджидала меня в коридоре. С одной стороны, это было хорошо, потому что я как раз хотела поговорить с ней, с другой – когда я посмотрела на нее, у меня сразу же возникло плохое предчувствие. Проклятье, я забыла про терапию с мистером Фернандесом, на которую я согласилась, в отличие от экзорцизма.
Так что я прогуляла урок английского и отправилась с Октой в кабинет директрис. Реми, Паркер и Кроув последовали за нами. Хотя Окта подчеркнула, что в этом нет необходимости, ни один из этих троих, похоже, не хотел оставлять меня одну. Удивительно, но от этой мысли я ощутила приятную тяжесть в животе, и губы непроизвольно сложились в улыбку.
Когда мы подошли к главному входу, ученики, идущие перед нами, свернули в сторону подвала, и я увидела, как у Окты дрожат плечи. Я во второй раз заметила, какой прозрачной она выглядит. Ведь призраки, которые светятся, сильнее?
– Окта, ты нехорошо себя чувствуешь? Может, тебе стоит показаться миссис Леброн в больничном крыле? Она тебе поможет.
Окта моргнула.
– Спасибо, что ты обо мне заботишься. Но в этом нет необходимости. Хатти заботятся обо мне.
Хатти? Она снова говорит о них. Я обернулась, чтобы встретиться взглядом с Реми. Он в ответ лишь пожал плечами. Он тоже не понимает, в чем тут дело? Я потерла лоб. Позже я еще подумаю об этом. После терапии, которая должна изгнать из меня демона, полтергейста или что он там такое, и после того, как я помогу Дорогой Ханне получить то, что она хочет. Единственное, что помогало не потерять самообладание в этой ситуации, – давно известный мне метод преодоления трудностей: подходить к проблеме практично и рационально. Как будто все это происходит с кем-то другим, а я наблюдаю снаружи.
Только одно не могло подождать.
– Окта, ты сегодня видела мою сестру?
– Нет, мне жаль. Но поверь, если она появится в нашем мире и я замечу ее раньше тебя, я тут же расскажу.
До этого времени я не замечала, что задерживаю дыхание. Слегка пошатнувшись, я остановилась перед кабинетом Хатти. В этой школе будет хоть один день, когда я получу хорошие новости? Разве я уже не достигла дна?
Я открыла дверь без стука. Просто потому, что знала, что они меня все равно ждут.
Так и было. Как на картине, Корал Хатти сидела за массивным письменным столом, а ее сестра стояла прямо у нее за спиной. Обе были в своих лучших костюмах от «Шанель» с жемчужными ожерельями на шее.
– Севен. – Оливия кивнула мне. – Хорошо, что ты наконец сюда добралась.
У окна, прислонившись спиной к батарее, стоял мистер Фернандес. Молча, в такой позе, в которой можно обычно увидеть голых до пояса моделей в журналах.
У Корал дернулся мускул на подбородке.
