Слушая потрескивание счетчика Гейгера, я думал о том, что в машине этот город воспринимается по-другому, более мирным и спокойным что-ли. Тонкая перегородка из стекла и стали дает иллюзию защиты, а мерный шум двигателя заглушает вой ветра в пустых проемах окон и дверей. Город был мертв, но у меня между лопаток постоянно свербело ощущение чужого взгляда. Казалось, что город вглядывается в нас темными провалами пустых окон и щерится кривыми зубами выбитых витрин. Может быть это и иллюзия, но брошенная ночлежка в бывшем кинозале свидетельствовала, что в этом городе есть люди. Или нелюди. Бррр, что-то меня не туда начинает заносить, в мистику потянуло. Конечно же нет тут никаких нелюдей, этот ад полностью создан людьми и людьми же населен. Опустившимися, потерявшими человеческий облик, но все же людьми. Не считая Шороха, конечно. Я прислушался к происходящему в эфире: голос Ока продолжал шептать свои бормоталки. Сегодня его «голос» звучал спокойно и ненавязчиво. Ну и слава богу, не буди лихо пока оно тихо!
Мы шли уже второй час, когда Мейсон поднял руку — подал знак остановиться. Коронные встали как вкопанные, внимательно поглядывая по сторонам. Я на пару секунд переключился в режим сканера и ничего не увидел. Неужели пришли?
Сержант пару минут внимательно изучал карту, вглядываясь в окружающие здания. Наконец Мейсон неуверенно ткнул пальцем в груду развалин, некогда бывшую большим зданием.
— Вроде здесь!
Я присвистнул. В этой груде обломков вряд ли что-то уцелело. Похоже, что в этот раз наемники отправятся назад несолоно хлебавши. Не могу сказать, что буду плакать по этому поводу.
— Подвал с сейфами мог уцелеть, надо найти вход! — озабоченно сказал Грабовски, — Все, ищем проходы внутрь!
Коронные принялись ползать по этой куче битого камня. Кроме меня. Я отошел в сторонку и присел под большую глыбу железобетона, которая давала тень. Лейтенант пару раз кинул на меня возмущенный взгляд, который я со спокойной совестью проигнорировал. Плевал я на их поиски, у меня свои заботы и проблемы. Я достал свою флягу, смочил пересохшие губы, сделал маленький глоток подсоленной воды и убрал флягу на пояс, несмотря на то, что пить все еще хотелось — воду приходилось экономить. Задолбал меня этот Ближний Восток! Задрали эти наемники, которые оказались натуральными бандитами в форме! Шорох этот чертов задолбал! Хочу на Карибы! Хочу спать на человеческой постели, и пить каждый день вволю! Холодной, свежей воды, столько сколько влезет! И пусть Энрике меня гоняет до посинения — слова поперек не скажу! Ну чего там Грабовски блажит?!
Я ругнулся, поднялся на ноги побрел к наемникам, которые столпились около засыпанного дверного проема — нашли-таки. Непонятно, правда, что им это даст, внутри наверняка тоже все завалило.
— Придется взрывать! — озабоченно сказал Мейсон, — По-другому мы внутрь не попадем!
— Взрыв полгорода услышит! — вздохнул Грабовски, — Крысы сбегутся!
— Плевать, пусть прибегают, — осклабился Слай, похлопывая рукой по своей винтовке, — Не такие они страшные, как про них рассказывали.
Я зевнул и побрел обратно в тень, время подбиралось к полудню и под солнцем находиться стало решительно невозможно, хоть на дворе и был декабрь — пекло невероятно. Как здесь люди жили?
Коронные возились в проеме не долго — минут двадцать, потом разбежались по сторонам. Я зажал уши ладонями и открыл рот, пригнувшись — бабхнуло знатно, звук разнесся на километры вокруг! Ну вот, теперь каждый крысеныш в этой помойке знает, что к нему в гости забрались непрошенные гости!
В эфире тем временем появился встревоженный Роки, который сообщил, что услышал взрыв на северо-западе. Грабовски парой фраз его успокоил и приказал быть на чеку — этим взрывом мы себя выдали.
Дождавшись, когда поднявшаяся от взрыва пыль уляжется, я подошел к проему. Слай, любитель поспать на часах оказался отличным сапером — завал разметало именно там где нужно, дверь вынесло внутрь, открывая темный проем. Изнутри несло застоявшимся воздухом, с примесью тлена.
Наемники переглянулись, потом Грабовски сказал:
— Слай ты заходишь первым, следом идет Рохо — ищет аномалии! Мы с Мейсоном следом за вами!
И выжидательно уставился на меня. Я подумал и решил не выделываться — впереди пойдет Слай, он широкий как шкаф с антресолью, если что за ним спрячусь.
Слаю отдали большой наплечный фонарь, который светил, так что глазам было больно. Послышались щелчки спускаемых предохранителей — не знаю кого опасались наемники встретить в заваленном уже двадцать лет подвале — бабайку, наверное, но раз такое дело я тоже привел в готовность свой калашников.
— Готовность есть? Раз-два-три, пошли! — скомандовал лейтенант, и мы со Слаем нырнули в проем. Следом за нами вбежали Мейсон с Грабовски.
