Валентин лишь пожал плечами, хотя на самом деле был польщен тем, что Иванка назвала его «гениальным». За сегодняшний день это было самое приятное для него событие.
— Лера, твои действия после этого звонка мне? Постарайся точно вспомнить, — спросила у подруги Иванка.
— То, что ты мне не ответила по телефону, меня ничуть не смутило. Я ведь видела, что твое окно открыто. И подумала, что ты дома, возможно, спишь. Затем я вошла в подъезд.
— Спит в час дня? — заметил Валентин.
— А что, — невинно поинтересовалась Лера, — разве такого не бывает?
— Логично, — сухо перебила ее Иванка. — А когда ты входила в подъезд, случайно в это же время никто оттуда не выходил?
— Подожди… Не могу припомнить, не обратила внимания… — растерялась Валерия.
— Вот! — торжествующе заключила Иванка. — И ты после этого хочешь звонить в полицию и что-то им сообщать? Какой же ты свидетель?
— Какой? — спросила Лера.
— Весьма подозрительный… Итак, ход событий, по видимости, был таков: преступник, очевидно, напуганный твоим звонком, быстренько выбежал из квартиры, не захлопывая дверь, чтоб консьержка не засекла, откуда он вышел… тихо спустился вниз… — продолжила Иванка, словно перед ее мысленным взором, как в кино, развертывалась вся картина происходившего.
— Надвинув на лоб капюшон… — в тон ей подхватил Валентин.
— Ой, да! — вскрикнула Лера, — именно так и было! Какой-то мужчина как раз в надвинутом на лоб капюшоне разминулся со мной, когда я поднималась наверх.
— Мужчина? А может парень? Сколько ему на вид было лет?
— Да нет, судя по фигуре, вполне взрослый мужчина. Я хоть лица не видела, но уж отличить молодого человека от вполне зрелого мужчины лет сорока пяти-сорока восьми — очень даже могу.
— Ну вот, наконец, пошли реальные детали, — улыбнулся Валентин. — И тот человек был скорее худощавого телосложения, роста… чуть выше среднего?…
— Ты имеешь в виду мужика из тибетского ресторанчика? — догадалась Иванка.
— Ребята! — радостно подпрыгнула на табуретке Лера. — А может в новом романе Иванки найдется место и для такой скромной героини, как я? Ведь я первая появилась здесь, на месте происшествия.
Валерия была в курсе многих талантов Иванки, потому что знала ее уже сотню лет (женщины обычно не рассказывают посторонним, сколько лет они знакомы друг с другом, так как с арифметикой, особенно связанной с подсчетом времени, у них большие трудности). Так же, как и Валентин, Лера знала: когда с Иванкой начинаются очередные приключения, это может означать лишь одно: она уже взялась за свой очередной роман. И кто знает, чт'o было первым: курица, или яйцо? Точно так же никто из них не мог точно ответить, с чего начинается каждый новый роман Иванки: с реальных приключений? Или, наоборот, она сама их провоцирует, и все ее фантазии каким-то образом претворяются в реальную жизнь?
Валерия уже не раз была прототипом героини второго плана в паре-тройке романов Иванки Панчовски, и это ей очень нравилось. Ее собственная жизнь наполнялась каким-то драйвом. И сама себе она начинала казаться окруженной какой-то тайной, человеком, о ком обычно говорят: «Он ведет двойной образ жизни». Хотя и собственную ее жизнь отнюдь нельзя было назвать спокойной, но ведь это на самом деле так интересно: «вести двойной образ жизни»!
— Кстати, почему ты сказал, что это картина Ника Селены? — спросила Иванка у Валентина.
— Да прочел начало твоего нового романа. А что, Ник Селена — это настоящее имя художника?
— Почти… На самом деле был такой художник Николай Май.
— А ты не говорила, что знакома с этим художником, — оживилась Лера. — Он ведь довольно известен… в своих кругах.
— Да не то, чтобы знакома… — в раздумье сказала Иванка, — так, довольно шапочно.
— Пожалуй, есть повод обратиться в милицию, — настаивала Лера.
— Давайте сначала попробуем проанализировать ситуацию, чтобы не выглядеть… гм, странно перед посторонними, — сказал Валентин. — Итак, перед нами — талантливый художник, имя его мы пока не знаем, — продолжал он. — Его картины спустя некоторое время вдруг стали пользоваться бешеным спросом у каких-то злодеев. Нам теперь стоит сопоставить события в нашей реальной жизни — с теми, которые начинают разворачиваться в новом, будущем романе Иванки.
— И новый герой романа Иванки — тоже художник. Это факт, — сказала Валерия. — И в реальной жизни у автора романа пропадает картина неизвестного художника. Теперь все становится более понятным. Речь идет об одном и том же человеке! — заключила Лера.
— …И если мы побольше узнаем о судьбе автора нашей …то есть, теперь Иванкиной картины, — тогда поймем, что с нами происходит сегодня, — подхватил Валентин.
Иванка меряла шагами комнату из угла в угол, о чем-то молча размышляя.
— Мне кажется, что милиция в этом разберется быстрее, — робко предположила Лера.
— Да, и начнем мы свой рассказ с того, что Иванка начала писать новый роман… — предложил с иронией Валентин.
