Трещина эта удивительным образом находилась как раз там, где должен быть зрачок дракона. Тянулась длинной вертикальной чертой сантиметров двадцати. Узкий вертикальный зрачок-черточка, как у кошек…
Иванка сама не понимала, почему ее так занимают подобные детали? Словно это могло иметь какой-то смысл…
Она машинально провела рукой по своему рюкзаку. Рука наткнулась на что-то твердое. Это был небольшой керамический диск. Так же, не думая, достала его и вложила в щель «зрачка» дракона.
…Когда Иванка всунула диск в щель, — причем, он удивительным образом совпал по размерам с отверстием, — диск неожиданно выскользнул из ее руки и провалился вглубь трещины. Иванка растерялась. Ей совсем не хотелось расставаться с подарком Артура. Она постучала кулаком по скале как по телефону-автомату, который без зазрения совести проглотил ее последнюю монету. И тут сообразила: что-то произошло. Сияющие точки на скале исчезли, сверкающий контур дракона неожиданно погас. В недрах скалы раздался какой-то звук, похожий на стон, или, скорее, на эхо упавшего вдалеке большого парового молота.
…Сквозняк усилился. Вот только было непонятно, откуда задувает ветер?
Факел догорел и погас. А свет фонариков теперь выхватывал из темноты лишь отдельные фрагменты стены зала, в нише которого только что красовалась фигура дракона… Дракона там уже не было. Был только обыкновенный темный базальт… ничего более.
Дышать стало тяжелее. Влажные испарения, поднимавшиеся снизу, со дна пещеры, соединяясь с ароматом дымящихся в кадиле трав туманили сознание. Голова кружилась, словно от бокала крепкого южного вина.
— Гуруджи, Валентин, ау! - крикнула Иванка, не видя их поблизости, и это внушало ей беспокойство.
Ответом ей было лишь невнятное хлюпанье где-то за ближайшими сталагмитовыми башенками, — то ли чьи-то шаги, то ли лягушки… А может это снова проснулись летучие мыши?
— Ребята, где вы? — Иванка вдруг осознала, что ее голос звучит в полной тишине очень глухо, словно она находится в тесной комнатке, обитой чем-то мягким, и — никакого гула или эха, которое тут было еще недавно… И ей вовсе не казалось странным, что пространство вокруг нее словно расширилось. Как будто открылся вход в большой тоннель.
Ей почему-то стало очень спокойно, словно дальнейшее от нее уже не зависело.
Сквозняк усилился, было по-прежнему непонятно, откуда дует.
И тут Иванка почувствовала, как ее словно коконом облекло что-то дышащее, живое, ей показалось, что она — внутри полупрозрачного жгута. Он был похож то ли на омут с картины Николая Мая, то ли на смерч, который с неведомой силой уносит все попадавшие в него предметы.
Ураган над островом разыгрался не на шутку. Ветер гнул приземистые деревца, они, казалось, просто распластывались по земле. Только благодаря этому могли удержаться на скалах.
Дождь, смешавшись с землей, грязными потоками стекал со склонов.
На одной из скал неподвижно стоял человек, утром встретивший путешественников на острове, которого они называли Адамом.
Он молча наблюдал за разбушевавшейся стихией. Человек видел, как Иванка и ее друзья незадолго до урагана скрылись в пещере, и это, похоже, его радовало. Но он видел и то, как огромный вихревой смерч, похожий на столб или огромный черный жгут, проносивший по морю, внезапно замер, остановился, а затем, резко изменил направление и понесся прямо к острову. Здесь он застыл, словно завис, — как раз над пещерой.
Этот темный жгут вибрировал, извивался, как настоящий дракон. На какой-то момент его темная бесформенная, вытянутая вверх масса действительно приняла форму, удивительно напоминающую легендарное древнее животное-символ. Но затем наступило совершенно непредсказуемое. Этот жгут, словно найдя цель, загадочным образом, как простая струйка дыма, уменьшился и …исчез. Создавалось впечатление, что этот «дракон» нырнул в пещеру.
Человек на скале сокрушенно покачал головой. Но он бессилен был помочь друзьям.
Примерно в это же время из морской пучины, словно бог Нептун, вынырнул дайвер в полной подводной экипировке. Не обращая внимания на бушующий шторм, он быстро, видно, делая это не впервые, вытащил на берег свое оборудование: довольно объемный кейс стального цвета, снял с себя маску, ласты.
Жесты его были четкими и отточенными, и напоминали жест метателя кинжалов в цель.
Затем дайвер быстрым шагом, прижимаясь к скалам, — не столько прячась от чужих глаз, сколько от дождя, — направился к пещере.
Темный вихрь, устремившийся в пещеру, подхватил с собой и его.
Во снах Иванка порой летала. Ей случалось оказываться и в других мирах. И там с ней происходили события, похожие на события «этой» реальности. И в той, «другой» жизни она тоже дружила, училась, лазила по заборам, попадала в больницу. Причем, ей удавалось во снах снова и снова возвращаться в ту же самую, свою «вторую» дубль-жизнь. И, что самое интересное, она попадала туда как раз в нужныймомент, чтобы завершить дела, начатые в предыдущем сне.
И эта вторая реальность была для Иванки почти так же знакома, была для нее такой же «своей», родной, как и первая.
