-- Добрая кружка глинтвейна -- это не самое худшее, чего я мог бы сейчас пожелать, -- со смешком отвечал лавочник. Он спрыгнул с козел, отряхнул руки о
куртку, и с жизнерадостным выражением на лице поправил плащ. -- Вы за лошадьми присмотрите? Вот спасибо.
-- Я хочу послушать, что он скажет! -- прозвучало несколько возгласов протеста.
-- Вы это, не уводите его! Меня жена послала за булавками! -- это был Уит Конгар; он ссутулил плечи под неодобрительными взглядами окружающих, но не отступил.
-- Мы тоже право имеем вопросы задавать! -- закричал кто-то сзади, -- Я...
-- Тишина! -- проревел староста, отчего все испуганно затихли, -- Когда Совет задаст свои вопросы, мастер Файн вернется и расскажет вам все новости. И
продаст вам все котлы и булавки. Хью! Тад! Лошадей мастера Файна -- в конюшню!
Тэм и Бран стали по обе стороны лавочника, остальной Совет собрался позади них, и все они кучкой удалились в «Винный Ключ», захлопнув двери перед носом
тех, кто собрался было затесаться за ними. Стук в дверь не принес результатов, кроме одного-единственного окрика старосты.
-- Ступайте домой!
Люди толклись перед трактиром, вполголоса обсуждая, что сказал лавочник, что это все значило, и какие вопросы задавал Совет, и какие вопросы задал бы каждый
из присутствующих. Кое-кто заглядывал в окна трактира, а некоторые пытались расспрашивать Хью и Тада, хотя чего они хотели от них добиться, было неясно.
Два коренастых конюха в ответ только ворчали, продолжая методично снимать с упряжки сбрую. Одну за одной они увели файновых лошадей в конюшню, и, уведя
последнюю, не вернулись.
Рэнд не обращал на толпу внимания. Он присел на остатки старого каменного фундамента, закутался в плащ, и стал смотреть на дверь трактира. Геальдан. Тар
Валон. Сами названия звучали странно и завораживающе. Это были места, о которых он знал только из новостей лавочников и рассказов купеческих охранников.
Аэс Седаи, войны, Лжедраконы: обо всем этом говорили вечерами перед камином, когда странные тени от свечи плясали по стенам, а за ставнями завывал ветер.
Вообще-то, по-крупному, он бы предпочел все-таки волков и метели. Но все равно, там, снаружи Двуречья, должно быть необычно, как будто живешь в скоморошьей
сказке. Приключение. Одно длинное приключение длиной во всю жизнь.
Понемногу сельчане разошлись, все еще ворча и качая головами. Уит Конгар задержался перед покинутым фургоном и подозрительно осмотрел его, будто ожидая,
что оттуда вылезет еще один, до поры спрятанный, лавочник. Под конец остались только несколько молодых людей. Мат и Перрин подошли туда, где сидел Рэнд.
-- Я и не знаю, как скоморох может быть лучше, -- взбудораженным тоном сказал Мат. -- Интересно, может и мы увидим Лжедракона.
Перрин покачал косматой головой.
-- Не желаю я смотреть на него. Может, где-нибудь еще, но не в Двуречье. И уж всяко не ценой войны.
-- И не ценой того, что Аэс Седаи приедут, -- добавил Рэнд. -- Ты что, забыл, кто вызвал Раскол? Может, Дракон и начал, но мир-то раскололи Аэс Седаи.
-- Я однажды слышал историю, -- проговорил Мат, -- от стражника одного скупщика шерсти. Он сказал, что Дракон будет возрожден в час величайшей нужды человечества,
и спасет нас всех.
-- Ну и дурак он был, что верил в это, -- твердо заявил Перрин, -- а ты дурак, что слушал.
Его голос не был злым -- разозлить Перрина было очень трудно. Но иногда его раздражали бесшабашные причуды Мата, и легкое раздражение в его голосе слышалось.
-- Может, он еще сказал, что мы все потом заживем в новой Эпохе Легенд, а?
-- Я ж не сказал, что я сам этому поверил, -- запротестовал Мат, -- я только слышал. Найнива тоже слышала. Я думал, она и с меня, и со стражника шкуру
спустит. Он, стражник, сказал, что многие в это верят, только боятся признаться, боятся Аэс Седаи или Сыновей Света. Он больше ничего не сказал, и тут
Найнива на нас кинулась. Она рассказала купцу, и тот сказал, что этот стражник с ним в последний раз поехал.
-- Так ему и надо, -- сказал Перрин. -- Дракон, который нас всех спасет? Коплинщина.
-- Интересно, что за нужда это будет, что мы позовем Дракона, чтобы он нас спас, -- произнес Рэнд. -- Это все равно, что у Темного просить помощи.
-- Он не сказал, -- скованно ответил Мат, -- и про новую Эпоху Легенд он не говорил. Он сказал, что с пришествием Дракона мир будет разорван в клочья.
-- Ну это нас, конечно, спасет, -- сухо сказал Перрин. -- Еще один Раскол.
-- Чтоб я сгорел! -- зарычал Мат. -- Я же вам только рассказываю, что стражник говорил.
Перрин покачал головой.
-- Я только хочу, чтобы Аэс Седаи и Дракон, лже- или нет, сидели бы себе на своих местах. Может, тогда Двуречье и уцелеет.
-- Вы как думаете, они правда тьмодруги? -- сказал Мат, озабоченно нахмурившись.
-- Кто? -- спросил Рэнд.
-- Аэс Седаи.
Рэнд покосился на Перрина, который пожал плечами.
-- Истории... -- начал он медленно, но Мат перебил его:
-- Не везде в историях они служат Темному, Рэнд.
-- Свет, Мат, -- сказал Рэнд, -- они вызвали Раскол. Чего тебе еще надо?
