Дредфорт их сближал. Рамси был здесь настоящим лордом, а она была настоящей леди-женой в глазах окружающих. Снискавшая всеобщее одобрение у обитателей замка Санса все же была здесь чужачкой и в отличии от Винтерфелла ощущала себя не столь уверенно, посему и вела себя не так высокомерно. Ей нужна была помощь. Его помощь, и лорд Болтон получал особое удовольствие, показывая ей свои владения, замечая уже не столь горделивый блеск в ее глазах. Со своей новой ролью леди Старк очень хорошо справлялась, став к тому же с ним куда ласковее и сговорчивее, однако он все чаще ловил себя на некоторых странных желаниях.
Она поменялась с момента побега из Винтерфелла. Бастард был бы глупцом, если бы этого не заметил, но на фоне белого полотнища Старков с этими распущенными огненно-рыжими волосами и пушистыми ресницами она выглядела все также невинно в его глазах, провоцируя своей утонченной недосягаемостью. В их спальне он спускал ее с небес на землю, но этого казалось мало.
Санса была права – она далась ему, но не вся. Он сам это чувствовал, жалея, что тогда в Винтерфелле, так и не прорвав неведомую заслонку, не докопался до ее сути. Теперь, будучи ограничен в средствах, бастард все равно хотел достать это нечто, и от этого хотелось чаще быть с ней, разговаривать, слушать, видеть. Он попадал в какую-то глупую зависимость, от которой сам бесился и, заглушая порой накатавшую злобу, он каждой частью тела желал связать ее, выпороть, а потом улечься с ней в кровать. Он бы не отказался снова напугать бесстыжую девицу Старков, напомнить ей о ее бессилии, услышать сладкие стоны не только от наслаждения, но и от боли, а после, утерев ей ее сладкие слезы, увидеть в ее глазах раскаяние за все содеянное и смирение. Было бы славно ощутить вновь свою власть над ней, но уж слишком велико было веселье от ее нахальства. Санса, не смирившаяся с ролью игрушки, ему нравилась и даже очень. Она умнела и хорошела на глазах, и бастард давал ей вволю брыкаться и дальше.
– Ну что, Уили-Били, – сказал он, стряхивая с себя приятные мысли и трепля подошедшего к нему кузнеца по плечу. – Повесь туши. Нужно их выпотрошить и покормить собак. Не волнуйся, – сказал он чуть громче, – тебе тоже что-нибудь перепадет, Пес. – глянул исподлобья Рамси на хромавшего по лестнице Сандора.
– Полудурок.
– Урод, – раздалось обоюдоколкое шипение.
– Лорд не кладет ноги на стол! – возмутилась вошедшая в обеденный зал Санса, и недовольный лорд Болтон, что-то пробубнивший про сварливость замужних женщин, опустил конечности на пол.
Возмущение девушки возросло еще больше – бастард колол орехи и разбрасывал скорлупки по темной столешнице резного дубового стола. Она только собиралась что-то сказать, когда обратила внимание на щелкунчика.
Это была очень занятная вещица, выполненная в виде иксообразного креста с распятым человеком. При нажатии руки страдальца сходились вместе, вызволяя ядра из своей оболочки, и Санса невольно восхитилась оригинальностью задумки.
– Не смотри такими голодными глазами.
– Я... Я н-не...
– Хочешь… Вкусненький маленький орешек? – повертел он ядрышко в пальцах.
– Нет, – буркнула она, и Рамси легким движением руки отправил орех в рот. Он очень аппетитно хрумкал, прикрывая глаза от удовольствия да качая в руке покрывшиеся патиной щипцы, и девушка, поджав губы, протянула к нему руку, когда он вновь расколол один орех.
– Леди, кажется, всегда должна говорить «пожалуйста», – передразнивал он ее нравоучительный тон, и она фыркнула.
– Пожалуйста.
– Хм.
– Милорд, – вошел Гобер. Он спешно пересек зал и сел за стол. – Хорошо, что вы с миледи.
– Что-то случилось? – спросила девушка, вновь протянув руку к Рамси.
– Я разговаривал с дровосеком, который привозит нам дерево. Он рассказал мне, что рыбаки спускаются вниз по течению Последней реки.
– Холодает, – пожал плечами бастард.
– Нет. Охотники тоже бегут оттуда в сторону Кархолда и Дредфорта. Они уходят с земель Амберов
– Либо из-за одичалых, либо из-за самих Амберов, – предположила девушка. – По дороге сюда нам встретились люди... Они сказали, что служат Амберам. Они разбойничали, и у меня сложилось впечатление, что с согласия хозяина.
– Этого я не знаю, но слышал, что в Последнем очаге теперь сидит какой-то Амбер еще более дикий, чем прежде.
– Кто он? Ты не знаешь? – спросила леди Старк своего мужа, взяв еще одно ядрышко у него из рук.
– Нет.
– Они отдали тебе Рикона! – возмутилась она. – Разве не по великой дружбе?
– Маленький Джон был не самым подходящим собеседником для пустой болтовни о семьях. Хотя... О тебе, милая, мы славно поговорили, после того, как ты ускакала с переговоров. – вновь сгримасничал он. – Так, что пятки сверкали.
– Не было больше никакого желания с тобой разговаривать.
– Ну, если хотела чего-то другого, могла бы просто подмигнуть, – Санса многозначительно посмотрела на скалившегося бастарда, молча взяв очищенный орех из сухой ладони мужа.
