– Разделишь! И будь уверена, не только комнату, но и постель… – на его губах заиграла наглая ухмылка. От которой холодок пробежал по моей спине и, обхватив себя руками, я почти вжалась в остывшее стекло высокого окна. – Успокойся. Не в моих правилах брать женщину силой.
– Клэйтон тоже так говорил. Но…
Его ухмылка тут же спала с губ, а на лице отразился животный гнев.
– Никогда! Слышишь?! Никогда не сравнивай меня с ним!
– А то что? – Вздернув подбородок, парировала я. – Ударишь? Я уже проходила через это, мерзкий ублюдок! Придумай что-то новенькое!
– Моя фантазия не настолько ограничена, как у подонка Стоунтбери! – Переведя дух, он вновь заговорил, но уже тише. – Располагайся, женушка. Теперь это твой дом.
Я ни за что не лягу с ним в одну постель! Лучше умереть!
Я решила устроиться в кресле, что стояло возле окна. Хоть вид достойный. Укутавшись в одеяло, я подтянула ноги к самому подбородку, когда услышала, щелчок в замке. В комнату вернулся Ричард.
О небеса, я надеялась, что он не явится так скоро. Я посмела тешить себя мыслью, что он поступит, как Клэйтон когда-то – проведет первую брачную ночь в компании легкодоступных девиц. Но я ошиблась.
По шуму за спиной, можно было понять, что мой… муж переодевается.
О небеса, уберегите меня от него.
– Не дури, иди, ложись. – Устало проговорил Ричард.
Я не пошевелилась и не произносила ни звука. Тогда он подошел совсем близко и, простояв с минуту, склонился и с легкостью поднял меня на руки.
– Нет! Отпусти меня, чудовище! – Начала рычать и брыкаться я.
– Я уже говорил, что не прикоснусь к тебе.
Отодвинувшись на самый край, я не смогла сдержать слез. Мне не хотелось, чтобы он слышал мои всхлипы, не хотелось, чтобы он в очередной раз стал свидетелем моей слабости… но ничего с собой не смогла поделать.
Кровать с другой стороны прогнулась, и раздался надрывный, тяжелый вздох.
Ненавижу! Ненавижу его! Ненавижу себя, что посмела допустить гадские мысли на его счет! Я позволяла себя целовать, обнимать, позволяла желать большего… «Доверься мне», – просил он, и я как последняя дура исполняла это.
Столетие назад, я проклинала Клэйтона Стоунтбери, питала отвращение к его персоне за то, как он обращался со мной, за то, что купил. Но Ричард был не лучше. Обманщик, шантажист, исчадие ада… Кровавый Лорд…
Подобно Клэйтону, против воли он связал нас узами брака, и отступать не намеревался.
О небеса, за что? Что я сделала, чтобы вновь ощутить себя в клетке? На этот раз в клетке с самым настоящим зверем.
Утро я встретила с сильной головной болью и соответствующим настроением. Отметив, что в спальне я находилась одна, из моих легких вырвался шумный выдох облегчения. Откинувшись на подушки, мои глаза принялись блуждать по комнате. Сто лет назад стены были мрачными, полностью отражая душу их хозяина, но сейчас окрас сменился – стал нежным, подобно взбитым сливкам, а витиеватых барельефов, напоминающих ветви с шипами, касалась позолота. Сейчас комната казалось более уютной, но не для меня… Мужчина, что делил ее со мной, не позволял сполна насладиться убранством, в которое явно вкладывалась душа.
Приняв душ, я не спешила выходить из смежной комнаты. Проведя ладонью по запотевшему зеркалу в полный рост, я взглянула на синяки под глазами и в кровь искусанные губы.
Сегодня мне было необходимо выбраться в сад, а лучше в лес. Прежде чем бежать, следует изучить территорию. По коже пробежал холодок. Но что мне делать дальше? Добровольно сдаться Темному Владыке? Но что если Ричард прав и следом за мной погибнут Милена с Дрейком? Нет. Сдаваться я не собиралась. Покончить со всем злом, стоящим на пути – да. Но в одиночку мне этого сделать не удастся. В мыслях возник образ Стива. Ну конечно, рассказав ему всю праву, он поможет. Решено, после побега, первым делом отправлюсь к исследователю.
Стук в дверь вырвал меня из раздумий. Накинув халат, я вернулась в спальню. Приоткрыв дверь, в комнату заглянула Абель.
– Доброе утро, госпожа. – Расплывшись в улыбке, миссис Норберг занесла поднос с завтраком.
– Что это значит?
Мне не позволено спускаться? Недоумение сменилось яростью, хотелось запустить в Брессера этим самым подносом.
– Господин распорядился принести завтрак в ваши покои.
Всплеснув руками, я опустилась в кресло напротив будуарного столика. Схватив расческу, я принялась нещадно отрываться на влажных волосах.
– Я не буду, унесите!
Служанка замерла, взволнованно приковывая ко мне взгляд. Ее губы слегка подрагивали, а на лбу показалась глубокая складка.
– Ах, милая, вы здоровы?
– А вы?! – Огрызнулась я, но тут же понизила голос. – Миссис Норберг, ненужно ко мне относиться как к госпоже этого дома. Вы знали меня еще задолго до женитьбы, вы обнимали меня, приносили еду, обращались на «ты» и мне это нравилось!..
Остановившись за моей спиной, женщина понимающе улыбнулась. Изъяв из рук расческу, словно холодное оружие у ребенка, Абель принялась осторожно прочесывать мои волосы, доходившие до талии.
– Я понимаю ваше смятение. Большая ответственность возлегла на ваши плечи, дорогая…
