Вот интересно: Вася уже на третий день путешествия полностью освоился со «спецификой жизни в вагоне», и Ника ее стала воспринимать спокойно. Тем более, что кухня в поезде была относительно «привычной», с электроплитой, нормальным холодильником — разве что вместо электрочайника там стоял титан. И она даже поладила с поездной бригадой поваров, которые вообще-то должны были всех пассажиров кормить — но меня с Васей кормила только она сама. Не то, чтобы очень неплохим поварам не доверяла (Лена и другие «сопровождающие лица» считали, что у них еда вкуснее, чем в лучших московских ресторанах), а предпочитала готовить для нас «привычную еду». И даже делилась с поварами этими своими «тайными рецептами», а торты пару раз они вместе вообще делали.
Но вот «сопровождающие лица» — да и я тоже — к исходу третьих суток путешествия начали превращаться в каких-то психов. Скорее всего потому, что мы — как и большинство советских людей — привыкли каждый день кроме выходных работать — а в поезде работать просто было негде. И «работы» — в привычном для каждого человека смысле — тут просто не было, но и отдыхом пустое времяпрепровождение назвать было нельзя. Вероятно поэтому в Иркутске поезд (по специальному моему запросу) простоял почти три часа, в местные книжные магазины изрядно опустели: моя команда скупила там вообще все книжки, напоминающие художественную литературу. И сильно почистили полки в разделе литературы детской: я думаю, что Вася при всей своей любви к чтению и половины подаренных ему книг за время, проведенное в Корее, не осилит. Впрочем, кое-что из этого «богатства» я наметила выкинуть еще до Кореи не доезжая, а девушкам даже не посоветовала, в приказала все книги, которые выкинуть захотят уже они, перед помещением их в печку занести в «особый список», чтобы не забыть имена авторов, с которыми им захочется побеседовать по возвращению обратно в Москву.
Девушкам: Павел Анатольевич и Лена мне «секретариат» подобрали соответствующий. На мой ехидный вопрос еще перед отъездом Лена сказала, что «дамы твой престиж не подорвут, там вообще ни одной нет в звании ниже капитана» — но при этом все они были очень молодыми. Даже замужних было всего двое, но, как мне сообщил уже Павел Анатольевич, все они прошли очень неплохую подготовку, и «не только по части мордобоя». По крайней мере, данные в базу заносить они точно все умели: по моей просьбе мне по пути подтаскивали довольно много отчетов по местной экономике, и очень много этих отчетов были в бумажном виде. То есть почти все отчеты по сельскому хозяйству были как раз бумажными, а анализировать такие я так и не научилась — но «у нас с собою было», то есть было целых шесть или семь «переносных» компов (пока еще не ноутбуков, а небольших все же чемоданчиков с ручкой) — и девушки посменно, чуть ли не в круглосуточном режиме «бумагу» перегоняли в «цифру». Все равно надолго их такая работа от безделья не отвлекала: компов на всех все же не хватало, но мне работать становилось много легче.
По пути мы еще надолго останавливались, но уже не в «больших городах», а в городах поменьше: в Ушумуне простояли полдня, пока я «осматривала строящийся химкомбинат» (и там меня наградили «местным» ведомственным орденом «Герой Ушумуна», изготовленным из извлеченного из золы местного угля золота), и на Известковой на целый день задержались: там произошло бурное обсуждение проблем на строящемся заводе по «окончательному обогащению руды». Ну, с рудой было все понятно: пока в тех краях не появится море электричества, всерьез говорить о запуске этого завода не приходилось — однако специалисты считали, что имеет смысл быстренько воздвигнуть обычную тепловую электростанцию и начать работу завода, пользуясь вырабатываемой на такой станции энергией. Причем расчеты, ими произведенные, вроде бы говорили за то, что ТЭС строить смысл был, но денег-то на такое строительство взять было негде — и мы разошлись крайне недовольные друг другом. Ну я-то это переживу, а вот как товарищам донести мою точку зрения, я на лету так и не придумала. Впрочем, если придумаю потом, то донесу: тут уже и до Пхеньяна недалеко, приедут в гости в крайнем случае…
