Бейлон хоть и презирал всех «зелёных», но презирал он их не одинаково. Кого-то больше, например, северян, жителей Запада и Простора. Кого-то меньше. А вот короля, Роберта Баратеона, презирать или даже ненавидеть не мог себя заставить. Каждый раз перед его глазами представал гигантский воин в рогатом шлеме с массивным молотом в руках. Его всколоченная чёрная борода и пронзительные ярко-голубые глаза. Он не произносил бессмысленных речей, не угрожал попусту, не льстил, не лгал. Суровый воитель, заплативший железную цену за свою корону. Разве стыдно преклонить пред таким королём колено? Разве стыдно проиграть такому воителю? Нет. Воин и властитель в нём продолжают поддерживать тлеющими огонёк борьбы и горечь поражения, которые придают сил, но… есть деталь. В это сложно было поверить, но Бейлон Грейджой, преклонив колено перед Робертом Баратеоном, был уже преданным вассалом, ни в мысли, ни в голосе не подвергая сомнению его право на корону. Отчего противоречивые слухи, дошедшие из столицы, разворошили его сердце.
— Говори. — Лорд Бейлон, сделал то, что делал в своей жизни лишь один раз — он сдался.
Радость предательски сверкнула в глазах девушки, и Аша, наклонившись, поцеловала мозолистые руки отца, так и не позабывшие древко тяжёлого топора. Но первым слово взял именно лорд Харлоу, по внешнему виду которого не сказать даже, насколько он смущён прошедшими на его глазах «переговорами».
— Ваша светлость, мне не пристало обсуждать круг общения Вашей дочери. — Лорд Харлоу невозмутимо приблизился, чтобы не повышать голос, и встал чуть в отдалении от отца с дочерью. — Единственное, что я скажу в своё оправдание… леди Аша присоединилась к посольству по своему разумению и вела себя в соответствии с этим, никоим образом не посрамив ни Ваш авторитет, ни авторитет Дома Грейджоев перед королём и придворными. Наоборот, именно благодаря ей мы добились большого успеха. Про близость миледи и лорда Ренли, полагаю, леди Аша сама поведает его светлости.
Бейлон удовлетворённо, но и не без удивления посмотрел на шурина, кивнув, дабы тот продолжал.
— Все слухи и беспочвенные обвинения в адрес миледи стали распространяться в столице ещё в те дни, когда мы там находились, и были исключительно направлены против лорда Ренли.
— С чем это было связанно? — Аша, наблюдая, как отцовский гнев сменяется собранным вниманием, улыбнулась внутри себя. План дяди стал потихоньку работать.
— Прибыв ко двору Его Величества, мы столкнулись с рядом препятствий, а где-то и прямым противодействием.
— Ланнистеры. — Зло проговорив, Бейлон, уже осознавший, куда клонит его ключевой и надёжный вассал.
— Не только, мой лорд. — Чуть помедлив, Харлоу ответил на невысказанный вопрос своего сюзерена. — Лорд-десница. Малый Совет до последнего тянул с решением вопроса, что был поручен мне. Если бы не письмо Его Светлости, предполагаю, что мы бы до сих пор ждали ответа лорда Аррена. А леди Аша, напротив, нашла для нас неожиданных союзников — братьев Баратеонов.
На этот раз лорд Бейлон не смог сдержать своего удивления, представляя Станниса Баратеона недоброжелателем к собственному Дому.
— Станнис Баратеон? — Удивлённо проговорил Бейлон знакомое каждому на Железных островах имя.
— Верно, мой лорд, но лидером при переговорах выступал именно лорд Ренли. Официально он выступал как частное лицо, тогда как на самом деле был выразителем воли Дома Баратеонов… в полном составе.
— Чего хочет король?
Бейлон уже совсем по-другому стал смотреть на происходящие и происходившие события. Особенно это касалось тех писем, что стали приходить в замки его вассалов с различными россказнями и слухами, что разносили прибывшие в Лордпорт корабли. После разговора с дочерью неплохо бы было задержать пару капитанов и порасспрашивать… с пристрастием.
— Ослабить Ланнистеров и укрепить свой Дом, — Лорд Харлоу сказал именно то, что хотел услышать его владыка, — приблизив Вашу Светлость.
— Как он намеревается это сделать? — Не без удивления вопросительно воскликнул Бейлон. — Что он хочет от меня в обмен на зерно?
«Зерно» было произнесено именно с той интонацией, которую и следует ожидать от железнорождённого.
— Меня, отец. — Невозмутимо ответила Аша, всё так же пребывая на коленях перед отцом.
Пока возмущенно-растерянный лорд Бейлон переводил взгляд с дочери на лорда Харлоу и обратно, последний вклинился, желая внести ясность в слова племянницы.
— Его Величество предложил заключить брак между лордом Ренли и леди Ашей, тем самым породнив два Дома. Разумеется, предложение поступило официально от лорда Ренли. Все письма, мой лорд, у меня с собой.
Бейлон, наверное, впервые в своей жизни не нашёл, что сказать. Он был растерян и опустошён от вестей. Мог ли он предполагать такое развитие событий после направления посольства? Нет. Разумеется, однозначно, совершенно точно нет.
— Дочь кракена за зелёного лорда? — В пустоту вопросил лорд Бейлон. — Вопреки Старому закону?