Иногда Йонас завидовал Олененку. Все давалось ей легко, а Рута любила ее просто за то, что она существовала. Порой непослушная, громкая и наивная, Олененок приносила гораздо больше хлопот, чем пользы, и все же Рута ее любила.
А он так и оставался редким гостем на ночь. И, к его большому сожалению, даже не в постели.
Лучи поднимающегося солнца проникали сквозь густую листву и слепили глаза. Йонас потянулся и зевнул. Рута попросила его прийти с рассветом, и он, хоть и не привык нежиться до обеда, чувствовал себя помятым.
– Привет, Рута. Надеюсь, дело важное. Я страшно не выспался.
– Тише, Олененок еще спит.
Рута аккуратно открыла дверь. Йонас разочарованно вздохнул: она успела переплести длинные волосы в косы. Он рассчитывал, что с утра успеет застать ее едва проснувшейся и специально пришел так рано, как только смог.
– Спасибо, что пришел. Ты знаешь, сегодня в городе праздник, и… – Рута нахмурилась. – Конечно, вряд ли кто-то зайдет так далеко в лес, но я волнуюсь.
– Не переживай, я присмотрю за Олененком.
– Не уходите далеко, хорошо? А лучше совсем не выходите из дома. Мне так неспокойно. – Рута теребила в руках ремешок небольшой дорожной сумки. – Я бы не пошла, но и так уже откладывала этот обход слишком долго.
– Все будет хорошо. Нет, я не обещаю, что Олененок к твоему возвращению не придумает что-нибудь такое, от чего ты поседеешь раньше срока. Я бы даже сказал: наверняка придумает, но…
– Йонас. – Рута улыбнулась и покачала головой. – Ты хоть иногда бываешь серьезным?
– Да, и если уж ты об этом, то ответь мне, пожалуйста, на один серьезный вопрос.
Йонас боялся услышать отказ, но ожидание изводило его сильнее. В любом случае, получив ответ, он смог бы двигаться дальше.
– Что-то не так?
– Да. Мы через многое прошли вместе, Рута. И я не надеялся, что однажды ты будешь рада видеть меня в своем доме, что сможешь доверять мне.
– Мне и самой не верится, но ты отличный друг, и…
– Постой. – Йонас сжал кулаки от разочарования. – В этом и проблема. Я понимаю, что тебе не так просто снова открыться кому-то. Мне очень жаль, что тебя обманули в прошлом. Но ведь оно прошло. Мне ты можешь верить. И я хочу знать, могу ли рассчитывать на что-то большее, чем просто друг?
Рута опустила глаза. Йонас был готов услышать любой ответ, но молчание ранило больше отказа. Ему хватило бы достаточно одного слова. Всего лишь одного. И тогда он смог бы ждать и завоевывать ее столько, сколько понадобится. Рута молчала.
– Мне уже пора идти, – неловко пробормотала она. – Давай поговорим об этом вечером.
Йонас глубоко вздохнул и прикрыл веки. Вечера для них не существовало.
– Мне было очень приятно провести время с тобой и Олененком.
– Звучит так, словно ты прощаешься. – Рута посмотрела на него и озадаченно приподняла бровь.
Лгать не хотелось. Йонас пожал плечами и постарался улыбнуться. Возможно, теперь он видел Руту в последний раз. В животе заурчало, и теплый уютный дом впервые показался блеклым и серым. Охотник поежился.
– Я постараюсь вернуться поскорее. Спасибо еще раз.
Горький ком подступил к горлу. Рута не знала: благодарить его было не за что. С тех пор как Йонас узнал тайну Олененка, его не оставляла мысль: мечта, преследовавшая его последние годы, теперь совсем близко. Еще в начале осени он предал бы Олененка и рассказал о ней королю, не раздумывая ни минуты, но все изменилось.
Йонас смотрел в зеленые глаза Руты и забывал обо всем. Он мог бы навсегда оставить мысли о замке и титуле, если бы у него появился дом, в котором его ждали. И семья. Пусть без детей, даже без колец и церемоний – он не требовал многого.
Но Рута ответила «нет».
– Подожди.
Йонас готов был признаться – в чувствах, в своих намерениях, в чем угодно – лишь бы Рута не уходила вот так.
– Йонас?
Бледное лицо не выражало ничего, кроме осторожного любопытства.
– У тебя грязь на щеке. Вот здесь, слева.
– Спасибо.
Тонкие пальцы скользнули по коже. Йонас неотрывно наблюдал за Рутой, стараясь запомнить каждую деталь: выбившаяся из косы прядь, спадающая на лицо, небольшая родинка над бровью, мягкий изгиб губ. Она была сокровищем. Драгоценностью, которую Йонас не мог себе позволить.
Рута осторожно закрыла за собой дверь. Йонас сел за стол и закрыл лицо руками. Принятое решение, пусть и казалось правильным, приносило слишком много боли.
– Йонас!
Он вздрогнул. Олененок подкралась незаметно и резко схватила его за плечи.
– Ха, ты испугался. Я прямо как медведь.
Олененок сверкнула глазами. С растрепанной косой и в большой белой рубашке Руты она действительно выглядела устрашающе.
– О чем ты так задумался? – Она нахмурилась и осторожно заглянула в глаза.
Йонас лишь сейчас понял, что все это время смотрел сквозь нее. Мысли сдавливали голову, и ему казалось, что они звучат так громко, что Олененок легко может услышать их.
– О том, чем бы нам заняться сегодня. – Йонас хитро улыбнулся. – Рута не вернется до вечера, у нас очень много времени.
– И что ты придумал? – Она подалась вперед и нетерпеливо намотала на палец прядь волос.
