Король Гантарас искал племянницу не для того, чтобы посадить на трон.
Она всхлипнула и сжала кулаки. Ей хотелось бы верить: Олененок будет счастлива в замке, среди людей, родных по крови. Но чутье, удивительно обострившееся в последнее время, подсказывало другое.
Она давно заметила, что понимает Олененка и без слов. Прежде Рута лишь слышала о таком и скептически относилась к матерям, рассказывающим, как ноет и болит их сердце в предчувствии беды. Но в тот день, когда она весь вечер не находила себе места, а после Йонас принес Олененка с вывихнутой лодыжкой, Рута стала внимательнее прислушиваться к себе.
Тупая ноющая боль сдавила виски. Рута зарылась пальцами в волосы и опустила голову. Мысли, одновременно ударяющие со всех сторон, слились в единый гул, и она не могла и не хотела разбираться в них.
Внезапный стук в дверь заставил ее вздрогнуть. Рута замерла. Она привыкла слышать мир вокруг себя и предвидеть события наперед, так что теперь чувствовала себя растерянной. Но лишь одно мгновение. Она точно знала, кто стоял за дверью.
– И у тебя хватило совести снова явиться сюда? – Она резко поднялась и сжала в руках небольшое полотенце.
– Хм… – Незваный гость замешкался и прокашлялся. – Я не думал, что это так тебя заденет.
– Кестутис?.. – От неожиданности Рута выпустила полотенце.
После всего произошедшего она ожидала увидеть на пороге кого угодно, даже самого короля. Но к встрече с Кестутисом не была готова. Она привычным движением поправила волосы и подошла к двери.
Прохладный ветерок, ворвавшийся в комнату, заставил ее поежиться. Только сейчас она поняла, насколько в комнате было душно.
– Рута, что у тебя случилось? Ты плакала?
Кестутис осторожно приподнял ее за подбородок и заглянул в глаза. Вопрос застал врасплох, и к горлу вновь подступил горький ком. Рута вздрогнула и, опустив голову, прижалась к Кестутису. Жесткая ткань рубашки, пропахшая травой, щекотала щеку и впитывала слезы. Рута старалась сдерживать всхлипы, но, когда Кестутис крепко обнял ее и поцеловал в макушку, больше не смогла контролировать себя.
– Ты вся дрожишь, может, стоит проводить тебя в постель?
– Я? Нет. – Рута растерянно отстранилась. Она не могла точно сказать, как долго стояла рядом с ним, но теперь чувствовала себя немного лучше. – Хочешь чаю?
– Ты уверена, что сейчас у тебя есть силы ухаживать за мной? Выглядишь бледной. – Он смотрел с таким вниманием и участием, что Рута почувствовала себя неловко и натянуто улыбнулась.
– Думаю, это поможет мне отвлечься. Правда, я не уверена, что у меня найдется смородина и…
– Рута, не переживай об этом. Вижу, у тебя и без меня хлопот хватает. Да и я ведь пришел к тебе не за чаем. Я хотел поговорить.
От неожиданности Рута крепко сжала пальцы и раскрошила засохшую веточку душицы.
– Поговорить? – растерянно обернулась она. – Но о чем?
– Ты не хочешь присесть? Это серьезный вопрос.
Рута оставила травы и подошла к столу, внимательно оглядывая Кестутиса. Он выглядел сосредоточенным и задумчивым. Прежде она видела его таким, лишь когда он собирался на первую охоту на медведя.
– Знаешь, Рута, ведь мы знакомы уже очень давно. Я помню, как впервые увидел тебя и принял за подросшую дочку лесника. – Он усмехнулся, и Рута тут же улыбнулась вслед за ним. Она хорошо помнила их первую встречу. – И, может, мы не были близки, но ты всегда помогала мне, кормила, обогревала и обласкивала. – Кестутис лукаво подмигнул. – Ты очень умная и хозяйственная женщина, так что на тебя можно положиться. И потому я хотел сделать тебе предложение.
Рута опешила и, отстранившись, едва не потеряла равновесие.
– Только не пугайся, я не хочу лишать тебя свободы. Я знаю, как ты ее ценишь, и не пришел бы сюда с кольцом. Я лишь хотел сказать, что собираюсь уезжать из этих краев. Родители оставили мне внушительное наследство, а я давно слышал, что там, за горами, охотники в большей чести. Продают волчьи шкуры и живут не хуже обеспеченных торговцев. Там я смог бы разжиться домом даже большим, чем твой, а после – кто знает. Но… – Кестутис понизил голос и проникновенно посмотрел ей в глаза. – Ты ведь сама понимаешь, что такое дом без женской руки. В такой и возвращаться не хочется. И совсем другое дело, если бы в нем меня ждала такая умница и красавица, как ты. Ты нужна мне, Рута. Что скажешь?
Слова Кестутиса настолько увлекли ее, что Рута не сразу заметила, когда он остановился. И лишь по взгляду поняла: он задал вопрос и ждет ответа. Она нахмурилась и поправила косу. Еще несколько дней назад она бы отказала ему, не задумываясь, ведь здесь, в лесу, была вся ее жизнь. Но теперь, когда она лишилась Олененка и прогнала Йонаса, она чувствовала себя чужой в собственном доме.
Мысль о побеге манила. Ведь именно так лесничая смогла спастись много лет назад. Сбежала от осуждающих взглядов, горьких воспоминаний и сплетен. Получила шанс на новую жизнь. И теперь судьба вновь протянула ей руку помощи. Оставалось лишь… решиться.
Рута глубоко вздохнула, чтобы набраться смелости.
