Но куда бить, если впереди — тайга с чёртовой уймой деревьев? Да ещё дождь снова начал накрапывать, насыщая воздух влагой, словно туманом. Потому парни хоть и лупили, но по большому счёту в белый свет, как в копеечку. Мне стало понятно: если так и будем сидеть, обойдут и ударят с флангов и тыла.
— Сиди тут, Серёга, — сказал я лейтенанту.
— Ты куда? — поразился он, сжимая в руке ТТ.
— А скучно мне тут с вами стало, — усмехнулся я, ощущая прилив адреналина и той залихватской манеры поведения, которая всегда ко мне приходит во время боя. — Пойду, посмотрю, кто это нам тёплый приём устроил.
— Стой! — Добролюбов хватанул меня за рукав гимнастёрки. — Я запрещаю!
— У тебя жена есть? — спросил я с улыбкой.
— Девушка, — оторопело ответил лейтенант.
— Вот ей запрещать и будешь, — я отцепил его пальцы и рванул в лес.
Я сразу решил, что прежде всего надо выяснить численность противника. Если это вся ДРГ, и она таким образом решила устроить засаду, — одно дело. Но плотность огня подсказывала: скорее всего, ситуация складывается иначе. Требовалось уточнить как можно скорее. Потому сделал большой крюк, заходя японцам в тыл, а дальше начал передвигаться очень осторожно, как учили спецы из ГРУ, с отрядом которых пришлось одно время взаимодействовать. Вернее, они не учили, а просто показывали, как надо работать в боевых условиях. Я заставил бойцов своего штурмового отряда смотреть, запоминать и повторять, поскольку у тех парней всё получалось очень эффективно: они двигались споро, незаметно, нанося противнику точные сильные удары и так же быстро исчезая.
Пришлось пожалеть, конечно, что теперь действую в одиночку. Но это лишь говорят, что один в поле не воин. Я не Рэмбо, конечно. Да и подвиги бывшего «зелёного берета» в тех фильмах, когда он расправляется с толпой врагов, сильно приукрашены голливудскими сценаристами. В реальной жизни вся история в первой же серии могла закончиться на первых минутах погони. Как в той песне — «Вот пуля пролетела, и ага…» Но всё же кое-что умею.
Передвигаясь в тылу противника, я ориентировался на стрёкот пулемёта. Судя по звукам, это был какой-то выхлест японской военной промышленности. Вспоминая свою курсовую, я пришёл к выводу: это Тип 96 или Тип 99. Разница между ними в калибре: у первого 6,5-мм, но пули имеют слабую пробивную силу. Второй, созданный в 1937 году, использует более мощный патрон калибра 7,7 мм. Судя по тому, как крепко досталось нашим машинам, это именно Тип-99.
Стали приходить в голову и другие особенности. Главное преимущество новой модели — тщательно обработаны детали затвора. Особенности конструкции включают возможность регулировать зазор, потому нет нужды смазывать патроны. Каждый оптимально прилегает к стенкам патронника, что улучшает работу оружия.
Ствол выполнен с рёбрами охлаждения и легко заменяется благодаря специальному устройству. На газовом цилиндре установлены сошки, а на конце ствола — массивный конусообразный пламегаситель. Боеприпасы подаются сверху из изогнутого магазина на 30 патронов, а спусковой механизм допускает стрельбу только в автоматическом режиме. К пулемёту часто прилагается оптический прицел с 2,5-кратным увеличением. На прикладе предусмотрен откидывающийся упор, что делает его ещё удобнее.
Хороший агрегат, и если пулемётчик грамотно выбрал позицию, то выкуривать его придётся долго. Ну, а если там ещё бетонное укрепление, то вообще застопоримся тут надолго. Что ж, в любом случае раз уж я назвался груздем, то мне и лезть в кузов. Забрасываю автомат за спину. Достаю нож, — тот самый, который уже испробовал моей крови, когда Кейдзо Такеми попытался меня подрезать. С ним будет сподручнее. Можно, конечно, и малую сапёрную лопатку использовать. Увы, она в виллисе осталась.
Двигаюсь вперёд. Буквально крадусь, стараясь, чтобы ни одна веточка под ногой не хрустнула. Мне повезло: снова начался дождь, и его шум скрывает все остальные. Значит, удастся подкрасться к позиции пулемётчика как можно незаметнее. Пулемёт постукивает, отправляя в сторону нашей колонны короткие очереди. «Головы не даёт поднять, сволочь», — думаю о нём злобно. Понимаю: место вражина выбрал удачное — это небольшой холм, высокая и крутая сторона которого обращена в сторону дороги, нависая над ней. Но вторая — пологая, это удобно. Только не красной ковровой дорожкой путь мой выстелен. Корни, ветки, промоины, камни, — всё словно кто-то специально расположил, чтобы сделать мою задачу как можно труднее.
Ползу и автоматически проверяю, нет ли мин или растяжек. Но вспоминаю, что с пехотными минами у Квантунской армии всегда было хреново, и она была оснащена противотанковыми. Что же касается растяжек, то нет, японцы их не додумались делать, да и не смогли бы: в нашем случае превращать «лимонку» в мину помогает её конструкция. У вражеских гранат, как ни старайся, ни черта не получится.
