— У меня приказ, — строго ответил военкор.
«Проникся, значит, моментом», — подумал я.
Вскоре на левом фланге, где японская стрельба была не такой интенсивной, началось движение. Несколько штурмовых групп обошли дзот с тыла и бросились к нему. Завязалась короткая перестрелка. Крики, пару раз хлопнули гранаты. Затем чей-то резкий вопль, и дальше только общий фон боя, который продолжался вокруг, поодаль от этого места.
Японские пулемёты замолчали.
— Вперёд! — послышался чей-то приказ. Пехотинцы поднялись и кинулись, обтекая преграду. Я заметил, что враги понатыкали тут всякого. Колючая проволока, надолбы, ходы сообщений. Почему это всё никто не обороняет? Любой японский фильм посмотришь, особенно военный: ну ёшь твою грош! Такие прям терминаторы! А здесь мы дзот, который оборонять можно несколько недель, меньше чем за час осилили.
Подбежали с военкором к захваченному укреплению. С нами осталось трое связистов, получивших приказ заняться линией, остальные побежали дальше. Миха с интересом начал фотографировать тела убитых врагов, дзот изнутри. Благо, там ещё работало электричество. Гарнизон дзота, на удивление, оказался крошечным. Внутри было трое — видать, пулемётчики, их поубивало брошенной внутрь гранатой. Да ещё примерно шесть или семь лежали снаружи в позах, в которых из застигла старуха с косой.
Аскетичная оказалась внутри обстановка. Вспомнились долговременные укрепления недругов за ленточкой. Обстоятельно всё, с удобствами. Кое-где микроволновки, телевизоры, мини-холодильники; в отхожих местах унитазы даже, заимствованные, видать, из домов местных жителей. А ещё одеяла, подушки, гражданская одежда, чтобы после службы переодеваться. Ну, а тут… как в лучших домах страны восходящего солнца: то есть ни хрена ничего. В углу коробки с патронами и гранатами, консервы, три бидона с водой и вся обстановка.
Миха пофоткал, да и вышел разочарованный. Пока всё, что ему удалось впечатляющего снять — это начало атаки. Остальное так, теперь уже просто эхо войны.
Не сговариваясь, мы поспешили за уходящими линиями пехоты. Впереди снова гремело и грохотало. Очередной то ли дзот, то ли дот. Правда, добираться до него пришлось с приключениями, стараясь ноги не переломать. Я оглядывался вокруг, готовый в любую секунду открыть огонь на поражение, но пока ничего опасного не замечал. Основной удар приняли на себя наступающие батальоны, мы двигались чуть поодаль. Была правда, опасность угодить на мину. Но в этом месте наша арта так старательно всё перепахала, что шансов напороться на осколочный сюрприз почти не было.
Всё же я попросил Миху внимательно глядеть под ноги. Он с полуулыбкой кивнул. «Оттаял», — подумал я. Ну да, всегда так: первые минуты боя самые жуткие, и кажется, что каждая пуля или осколок обязательно в тебя летят. Потом привыкаешь понемногу. Вот и военкор, похоже, адаптироваться начал. Больше за кобуру не хватался, по крайней мере.
Мы быстро прошли этот участок, дальше снова пришлось ползком: впереди опять маячил японский бункер. На этот раз побольше, массивнее. Правда, ему крепко досталось — в нескольких местах виднелись глубокие, сантиметров по 10–20, выбоины в бетоне. Но укрепление выстояло даже после прямых попаданий нашей артиллерии.
«Эх, жаль, что нельзя поддержку с воздуха попросить», — подумал я. Тем более дронов здесь нет, а то можно было бы постараться забросить сверху несколько кумулятивных снарядов. Может, и пробили бы. Но у наступающих батальонов не было ничего особенно тяжёлого.
— Смотри, Лёха! — военкор дёрнул меня за рукав, показывая в сторону. — «Боги войны»!
Я глянул в нужном направлении: там быстро разворачивалась батарея 45-мм орудий. Всего три пушки, да что они смогут против бетонного дота? Разве только всё теми же кумулятивными долбить станут.
— Батарея, осколочно-фугасными, беглый, огонь! — скомандовал лейтенант, стоя на одном колене и глядя вперёд в бинокль.
«Отчаянные ребята», — подумал я. Артиллеристы вывели пушчонки свои на прямой огонь, а ну как японцы накроют их? Да и зачем осколочно-фугасные? Тут бронебойные нужны. Но у «богов войны», видать, был свой замысел. Я понял его вскоре, когда посмотрел, куда шлют снаряды: они своим огнём отсекли группу японской пехоты, которая быстро двигалась в сторону бункера. Видать, то был резерв, решили закрепиться понадёжнее.
Наши «сорокопятки» своим плотным, частым огнём сначала отсекли японцев от цели, потом рассеяли, когда несколько взрывов раздалось прямо в их густой толпе. И чего они так двигались? Могли бы короткими перебежками, а эти, как на параде. Разметало их знатно, больше к доту никто не спешил.
Закончив свои дела, батарея быстро свернулась — бойцы потащили её назад. Вовремя: спустя пару минут их старую позицию накрыло минами. Японцы мстили минут десять. Всё перерыли на том месте, а толку-то? Разве пустые гильзы да несколько ящиков раскидали на куски.
Но дот, даже лишившись подмоги, не сдавался.
