Счастье Любви напоминало пламя домашнего очага – возле него хорошо греться самому и делиться теплом с замерзшими путниками. Несчастные, ищущие совета и утешения тянулись к счастливой и мудрой Любви. Она никому не отказывала, ободряла как могла, объясняла каждому, что сама поняла за время испытаний.
Однако, не бывает в жизни все просто и гладко. Невзначай Любовь обронила слово и не заметила, что слово оказалось обидным. Слово как птица, вылетит – не поймаешь.
Обидное Слово сорвалось с губ Любви, полетало вокруг и вернулось бумерангом, больно ударив Любовь. Она удивилась, откуда взялось такое Слово, и, в ответ, защитилась частоколом шуток. Ничего хорошего из этого не вышло. Слова, хоть невидимы и невесомы, пробивают любые заграждения.
Любовь контр-атаковала насмешками, забыв, что послужило причиной конфликта. Слова в горячей перепалке летали как ядра и пули: Любовь вздрагивала от болезненных попаданий, отступала, видела, что проигрывает битву…
Нужны ли такие битвы Любви? Остановиться на минуту, чтобы подумать, она не догадалась и продолжала бессмысленную, затяжную войну.
…А потом пришли Страшные, Убийственные Слова. Острыми клинками вонзались они в беззащитную Любовь. Она истекала кровью, молила Слова о пощаде, но ее не слушали и продолжали мучить. Под конец пришло Слово-палач и одним ударом добило Любовь.
Любовь лежала без чувств, без сил, без надежды. Она думала, что уже умерла, и читала молитву, чтобы предстать перед Господом.
– Любовь, ты – жива, ты не можешь умереть, – раздался чей-то голос.
– Кто ты? Почему я не могу умереть? – спросила Любовь.
– Я – твоя Душа, ты живешь во мне. Душа – бессмертна, значит, и Любовь бессмертна.
– Но ведь меня убивали и убили, – возразила Любовь.
– Все это – испытания, через которые тебе пришлось пройти.
– Что же мне теперь делать?
– Спроси Великодушие, оно поможет тебе.
Любовь почувствовала легкий приятный запах, на ее раны полился целебный бальзам: Великодушие начало врачевание Любви.
Возвращение с того света после Войны Словами было трудным. Израненная Любовь боялась поверить Великодушию – слишком глубоки и свежи были раны, они продолжали болеть и кровоточить. Видя ее сомнения и слабость, Великодушие посоветовало сходить в церковь и рассказать Богу о своих злоключениях. Не откладывая, Любовь попросила друзей отвезти ее туда.
В церкви горели свечи, пахло ладаном, тихо пел хор ангелов. Любовь опустилась перед алтарем на колени и рассказала всю свою жизнь – от самого рождения до последней битвы и совета Великодушия.
– Прости того, кто воевал с тобой, – стукнуло ее сердце.
– И все?
– Да.
Простить того, кто ее мучил и убивал? Пусть даже ее Обидное Слово выскочило первым, не это главное! Слова в ответ были несравнимы по злой силе и катастрофическим разрушениям, которые причинили.
Любовь глубоко задумалась: “Прости”, – сказал Господь, значит, так надо сделать!” Ноги у нее подкосились, когда она решилась простить и просить прощения самой. Великодушие успело поддержать Любовь, чтобы та не упала. Она вышла из церкви, опираясь на его сильное плечо. С каждым шагом к Прощению Любовь чувствовала себя все лучше, а когда остался последний, самый короткий, шаг – улыбнулась. Поразительно – все получилось легко и просто! Навстречу ей протянуло руки Понимание, которое давно ждало ее. Великодушие обняло обоих и заторопилось помогать другим, нуждающимся в нем. Любовь и Понимание сидели, взявшись за руки, глядели в глаза друг друга, говорили и не могли наговориться!
– Какая сказка! Вот бы…
– Оленька, пойдем скорее – что я тебе покажу! – Люда схватила ее за руку и потащила куда-то к арабским шатрам. – Ты не поверишь, что можно сделать примитивными инструментами, без лазерной сварки и микроскопа!
Когда Оленька вернулась, чтобы купить книгу без обложки, она не смогла найти лоток букиниста. Как сквозь землю провалился…
7. Брак за десять евро
Олег подошел к Оленьке, когда она, перепрыгнув через турникет в метро, ждала поезд на платформе Шатле-ле-Аль, приняв скромный и законопослушный вид девушки из приличной семьи со средним достатком.
– Ты что прыгаешь, как безбилетная школьница или нелегалка из Африки?
– Денег нет! – огрызнулась Оленька.
– Совсем–совсем? – спросил Олег словами из десткого фильма “Приключения Буратино”.
– То есть абсолютно! – в тон ему ответила Оленька.
Оленька иногда встречала Олега на литературных вечерах общества ГлаголЪ, куда он приходил, чтобы поесть и выпить после концерта. Слышала, что он, программист по образованию, живет бедно, ночует по друзьям, документов на работу и жительство во Франции нет, поэтому перебивается, чем придется, пытается получить рабочую визу – обычная история.
Олег раскрыл кошелек, достал бумажку в десять евро:
– Возьми!
– У тебя самого ничего не останется.
– Обойдусь, еду к друзьям на ужин. Отдашь, когда-нибудь…
