— Госпожа маркиза! — воззвал торговец, молитвенно складывая ладони. — Попросите же господина капитана, чтобы он прекратил…
— Вздор! У моей жены в ларце, который я собираюсь преподнести ей на именины, будет двумя бриллиантами меньше, — сказал маркиз, — она и не подумает из-за этого дуться на своего мужа, не так ли, Марион?
Маркиза пожала плечами.
— Но ведь и впрямь какое поразительное везение, не правда ли, господин драгун? — сказал торговец.
— Поразительное, это верно, — отвечал Баньер, — я в жизни ничего подобного не видел: если так будет продолжаться, господин маркиз за один вечер утратит все свое состояние.
Баньер не успел договорить эту фразу, как комбинация тузов лишила маркиза еще двух тысяч ливров.
— Ох, это уж чересчур! — вскричал торговец. — На сей раз я отказываюсь играть, иначе я выиграю слишком много.
И он отшвырнул карты так, словно брезгал привалившим ему счастьем.
— Ну, приятель, — сказал маркиз, — еще разок, последний, на десять тысяч ливров!
— Ах, господин маркиз, подумайте.
— О чем?
— Подумайте о том, что вас преследуют неудачи, и эти десять тысяч — деньги потерянные.
— Вовсе нет; у меня есть одна идея.
— Какая?
— А такая, что я в этот раз отыграюсь.
Торговец замотал головой.
— Ну, пожалуйста, последний раз, — взмолился Бань-ер, охваченный страстным интересом.
— Ладно, — вздохнул торговец, — так и быть, раз уж вы этого хотите. Но как нам разыграть эти десять тысяч?
— За одну партию, в самом лучшем виде.
— Идет.
Игра возобновилась.
У маркиза оказались шесть карт бубновой масти, однако торговец выложил семь червовой.
Он сгреб со стола десять тысяч ливров и, встав, заявил:
— Право же, господин маркиз, я сконфужен и надеюсь только на то, что вы не забудете, как сами заставили меня играть.
— Хорошо, хорошо, — улыбнулся маркиз. — Когда два человека садятся играть друг с другом, один из них неизбежно должен проиграть — либо тот, либо другой. И я не прошу у вас ничего, кроме того прекрасного платья из узорчатой ткани, что вы приберегали для принцессы де Бофремон; отдайте его моей жене!
— О сударыня, это платье ваше, и еще два в придачу, лишь бы только они пришлись вам по душе.
Баньер вытер платком вспотевший лоб.
— Никогда не видел ни такой игры, ни подобных партнеров! — заявил он.
— Однако же как это прискорбно! — вскричал маркиз, философически обращая взор к Небесам. — До чего слепа фортуна! Вот я только что дал миллионеру выиграть шестьдесят тысяч ливров, а ведь я вижу здесь перед собой бедного юношу, которого, быть может, третья часть этой суммы сделала бы счастливым.
— О! Двадцать тысяч! Да, двадцать тысяч ливров сделали бы меня счастливым, — пробормотал Баньер, думая о том, что из этого выигрыша пятнадцать тысяч он отдал бы, чтобы вновь обрести Олимпию, и было бы поистине печально, если бы и с этими деньгами он не возвратил ее.
— А между тем, — продолжал делла Торра, погружаясь в рассуждения все более и более глубокомысленные, — что требовалось бы для этого? Чтобы этот господин, — тут он указал на Баньера, — сел на место этого болвана-торговца, а болван-торговец занял бы место, где сидит этот господин.
— Черт возьми, господин маркиз! Чего вы хотите? Это же судьба, — произнес выигравший.
— Нет, это вопрос удачи. На вашем месте драгун, может статься, и не выиграл бы…
— Тут вы ошибаетесь, — с полной убежденностью прервал его торговец.
— Вот еще! А почему? — полюбопытствовал Баньер.
— Потому, сударь, что удача как раз и зависит от места, — наставительно провозгласил обладатель серо-голубых чулок. — Сам игрок тут ни при чем.
— Вы так считаете? — обронил Баньер.
— Он прав, — вмешался капитан, — он, черт возьми, попал в самую точку!
— Стало быть, теперь и вы присоединяетесь к тому же мнению, — пробормотал Баньер.
— О, вполне! Я не какой-нибудь безрассудный упрямец.
— А присядьте-ка сюда на минуточку, господин драгун, — предложил торговец, подталкивая Баньера к этому пресловутому месту, — и попробуйте, ну!
— О нет, черт возьми! — сказал маркиз. — Довольно этих карт, у меня от них уже пальцы болят.
— Только без денег, только без денег, — настаивал торговец.
— Нет, так везенье не продлится: его притягивают деньги на сукне, а не то, что варится в голове игрока.
— Что ж! — решился Баньер. — Можно попробовать поставить несколько экю.
— Ну, ладно, поставьте любопытства ради один экю, — сказал маркиз.
— Это невозможно, — изрек Баньер самым аристократическим тоном.
— И почему же?
— Потому что у меня с собой только золотые.
— Будь по-вашему, — равнодушно обронил маркиз. — Рискните, стало быть, одним луидором, если уж вы так этого хотите.
И, небрежно присев к столу, он перемешал карты с видом человека, не привыкшего утруждать себя игрой с такими мелкими ставками.
Баньер снял колоду, маркиз раздал карты.
И наш герой взял те, что достались ему.
У него оказалось три туза, три короля, три дамы и шесть карт одной масти.
Двух дам и короля Баньер сбросил, так как ему выпало ходить вторым.
Он взял туза и две низшие карты той же масти.
Затем он раскрыл свои карты — у него был верный выигрыш.
Маркиз бросил ему луидор, корчась от смеха.
