-Да ты прав. Какая уж тут свадьба. Нас связывала только постель. С самого первого дня. И когда ее не стало, то..
-Нас ничего не стало связывать. Мы очень разные. – закончил Кирилл мое предложение грубее, чем хотела я.
Начала кивать ему в ответ головой, словно сломанный китайский болванчик.
-Мне пора, меня внизу Алена ждет. – отворачиваясь от его прилепившегося ко мне взгляда, все-так шмыгнула носом. Черт побери, еще расплакаться навзрыд перед ним не хватало.
-Окей. – Кирилл пожав плечами, быстро открыл дверь своей комнаты и, совершенно не к месту сделанным джентельменским жестом, пригласил выйти первой.
Пока я шла к выходу из квартиры, я не могла поверить, неужели это все? Я сейчас расстанусь с человеком, за которого еще неделю назад собиралась замуж, надеялась быть с ним и в горе, и в радости? А сейчас он спроваживает меня, радуясь, что, наконец, отделался от такой как я?!
Я ожидала чего угодно от этой встречи по душам, но не этого.
Внутренняя скандалистка кричала о том, что я должна закатить хорошенькую истерику, разнести их балаган за стеной на части, перебить всю посуду в доме и расцарапать лицо гоблинше. Но я тут же одергиваюсь. А зачем? Я ничем не лучше Кирилла. Вообще ничем. Шла, чтобы расстаться, и мы расстались. А то, что меня не любит он, должна была понять раньше. Слабо было самой глаза раскрыть пошире.
-Мы вроде как финансово ничего друг другу не должны, да? За ресторан и все внутри, что было бы там Мама платила. – пробормотала я, перешагивая порог квартиры.
-Нет. – сухо ответил Кирилл. – Никто ничего не должен.
Под пристальным взглядом парня, я заледеневшими пальцами нажала на кнопку лифта.
-Удачи тебе Ник, – вдруг бодро произнес Кирилл, – Надеюсь у тебя все получится. Извини, что я оказался одним сплошным разочарованием для тебя.
В груди что-то торкнулось. И все-таки, он попросил прощение. Ну надо же.
-И ты меня извини, что я повернутая на шмотках стерва, что склевала твой мозг до самого основания. – еще и острить пытаюсь в этой совсем несмешной истории.
- Хочешь дружеский совет? Не старайся никого изменить, у тебя все равно не выйдет, а человека изведешь. – выглядывая из двери, Кирилл постарался даже выдавить из себя улыбочку.
-А ты не скупись на подарки, девушки их очень любят.
-Окей, ты звони если что, мы все-таки не чужие друг другу люди. – ну это уже совсем лицемерие.
-Конечно. – придавая своему голосу равнодушный тон, ответила я, понимая, что в жизни ему больше не позвоню, а если увижу, то сделаю вид, что мы незнакомы.
Ну все-таки какая культурность. Мы как встречались с ним, так расстались как чересчур правильные, воспитанные люди.
Наконец, лифт открылся.
Семь этажей вниз, и я выхожу из подъезда, ощущая себя как будто в тумане. Какая нелепая ситуация, ведь это Кирилл меня кинул? Да он быть может уже не одну неделю вынашивал в себе грандиозный план, как снова стать свободным холостяком. И как я удачно зашла, у него все получилось легче некуда.
Открыла дверь красной Audi и приземлилась на переднее сидение.
-Ну что? – голос Алены раздался где-то далеко. – Вы поговорили?
Пока я вытягиваю из своей головы слова, чтобы ответить, Алена и дальше закидывает меня вопросами.
-Так и? Вы помирились? Ты сейчас останешься у него?
Я посмотрела на нее с перекошенным выражением лица и… не ожидая от самой себя истерично начала хохотать. Я смеялась и не могла остановиться, надрывая все связки на животе. Знала бы Алена кого я там увидела с Кириллом.
Первую девушку-гоблина, которая умудрилась захомутать парня-бревно.
На кого он меня променял? Даже стыдно признаваться.
Ладно бы, она была красивее, умнее, или интереснее. Нет, она была просто никакая. Однозначно проще, однозначно тупее, хотя, у нее есть однозначный плюс – большая грудь ( да уж этого у меня нет), а и она веселая ( интересно на сколько лет совместного проживания хватит ее веселости).
Сквозь смех, я выговариваю слова.
-Мы расстались.
И внезапно начинаю рыдать.
Ни слова о гоблинше, ни слова о том, что он первый возжелал расстаться. Почему? Да потому что даже сейчас я его выгораживала. Да он, наверное, прыгает по коридору от радости, принимая поздравления своих друзей, и сажает улыбающуюся новую девушку к себе на колени.
А я снова его оправдываю в глазах остальных. Я всегда это делала, будто пытаясь заверить себя и всех вокруг, что Кирилл самый лучший, самый хороший, самый-самый. Сотворила в глазах остальных идеальный образ, а он не был идеалом. Вот совсем.
-А почему ты плачешь? Он тебя бил? Он тебя что, ударил?
-Нет. – за считаные секунды я устроила в машине настоящий потоп. Всхлипывая и скуля, я надрывисто рыдаю, а Алена гладит меня по голове, приговаривая при этом какой-то бред типа: «Вы помиритесь», «Все у вас хорошо будет», «Я уверена, что он тебя любит».
Ах, Алена.
У нас была с Кириллом любовь. Правда, была когда-то. Но мы оба растоптали этот великий дар. Оба разрушили. Оба виноваты. С нас обоих было достаточно этих затянувшихся отношений, в которых, как теперь очевидно, было полным-полно недосказанности.
И я плачу сейчас, потому что меня, наконец... отпустило.
