Меня накрыло такое облегчение, что словами не передать. Совесть моя чиста, ничего больше не держит и не стягивает, ничего не печалит. Было слегка обидно, но не больно. Это скорее уязвленная женская гордость добавляла помех вновь зарождающейся чистоте сознания.
Старая страница моей жизни закончилась и было меланхолично грустно ее завершать, как читать последние строки из дорогой, хорошей уже привычной к сердцу книги. Но не прочитав ее, я не узрела бы большего, не приобрела бы этого колоссального жизненного опыта, не споткнулась бы об свои собственные ошибки.
И было в этом вовсем и хорошее. Следующая часть. Хорошо, что в этот раз я начинаю ее писать не в одиночестве.
Уверена, что в этот раз у меня все получится. Все или ничего, Рафаэль? А?
Я готова дать свой ответ.
-Что-то случилось дорогая?
Мама сидела в коридоре в большом бежевом кресле рядом с высоким торшером, и весь ее безукоризненный вид, говорил о том, что пока я не открыла входную дверь, она преспокойно читала журнал.
Вдохнула в легкие побольше воздуха, чтобы бесстрастно произнести новость дня.
-Я рассталась с Кириллом. Свадьбы не будет. Не знаю, возможно ли отменить бронь в ресторане и забрать деньги за несостоявшийся банкет. Извини, что все так получилось. – заявила с порога, твердо шагая в сторону лестницы. Слезы высохли еще на пол пути к дому, так что в доме у родителей я появилась в вполне приемлемом виде.
-Ясно. – удивительно, но Мама отреагировала на новость достаточно спокойно, – Ты расстроилась?
-Да, как бы есть немного.
Мама лишь вздохнула и весьма безразлично заявила.
-О чем тут расстраиваться, дорогая. Рафаэль куда более интересный вариант.
И тут, когда я уже занесла ногу на первую ступеньку лестницы, резко вынырнула обратно в коридор.
-Что? – в полном замешательстве произнесла я, ощущая, как по спине пробежал легкий волнительный холодок. – Повтори пожалуйста, что ты сказала?
-А что я такого сказала? – невозмутимо произнесла Ма и уставилась обратно в свой журнал. Тот, который о садоводстве, интерьере и дизайне.
Секунда, секунда, еще одна полнейшего непонимания. И вдруг, до меня доходит. Ее абсолютно бесстрастный тон, ее спокойная речь, ее радостный взгляд, который она совершенно неумело пытается скрыть.
-Постой-ка, получается… – выдавила я слова, боясь пошевелиться даже мизинцем, полностью сосредоточившись, чтобы не упустить ни звука. -Ты… все это время хотела нас свести?
-Ну, – Мама наконец сняла свои большие черепашьи очки, которые по ее заверению были в точности как у Деми Мур на вручении премии «Золотой Глобус», и тяжело выдохнув, твердо произнесла одно единственное слово, состоящее из двух букв, которое переворачивало с головы на ноги всю картину видения моего мира.
-Да.
-О… – протянула я, закрывая лицо руками и мечтая провалиться сквозь землю. -Вероника потанцуй с Рафаэлем. Вероника помнишь, ты признавалась ему в любви. А еще! Рафаэль привез какую-то бумажку, его надо обязательно пригласить выпить кофе! – проворчала я, изображая различные интонации
-Не только, это, милая. Я сделала кое-что еще. – очень деликатно и не спешно вдруг, промолвила она.
-Что?
-Понимаешь, мы встретились с Татьяной в ноябре…
-С Татьяной? – перепросила, хотя мое внутренне шестое чувство однозначно крикнуло о ком именно идет речь.
Ма закусила кончик своих очков, и отрешенно смотря мимо меня, продолжила.
-С Татьяной Арнольдовной, мамой Рафаэля. Мы случайно увидели друг друга в театре, на премьере «Жизели». Папа Игорь не смог пойти, и я смотрела спектакль тогда одна. Не пропадать же было билетам. И как хорошо встретить знакомого в такие моменты, не так ли? Мы с Татьяной в антракте выпили по бокальчику шампанского и разговорились по душам. У нас вышел очень откровенный разговор. Я поделилась с ней, что мне не нравится твой молодой человек.
-Тебе не нравился Кирилл? – перебила ее я, все еще не понимая, как далеко может завести нить этого разговора.
-Да, неужели ты сама не видела? – поражая меня все больше, Мама и не думала отпираться. - Он же тянул тебя вниз! Такой упертый, скуповатый и нудный человек. Что ты вообще в нем нашла?
-А почему ты мне только сейчас об этом говоришь? – задала я вполне логичный вопрос.
-А что толку было высказываться раньше? О твоих прошлых мальчиках я говорила тебе вслух, и..? Тебя раздражала моя критика и ты, специально, всем назло только больше в них влюблялась. Так что.. в этот раз я решила молчать. – начала волнительно пояснять она в ответ.
-Когда Кирилл сделал мне предложение, ты даже расплакалась! – напомнила я об этом маленьком факте.
-О, дорогая, это были слезы отчаянья. – взмахнула Мама руками, словно это было так очевидно, что я должна была давным – давно сама догадаться.
-Ясно, – буркнула я. Умело же Мама играла. До этой секунды я и правда полагала, что вся моя семья без ума от Кирилла. Ха.
