В этот замечательный день, с утра переделав всю рутину (вместе с Алексеем, уже почти полностью перетянувшим на себя все административные полномочия), Андрей засел за телефон и принялся звонить – в свой волгоградский офис, затем в Казань. У Ирины горел только один вопрос: что с деньгами, пойдут ли сегодня платежи поставщикам? Андрей грустно ответил, что пятьсот тысяч перечислит с расчетного счета Кэш-проджект, помойки, на которую перевели с Экссона деньги на обналичивание, по заранее подготовленным платежкам, в счет взаиморасчетов с Совинкомом. (для него это было очередным ударом – он обналичит товарищам деньги и выдаст им, а своими кровными будет латать дыры на фирме). Своим тоном он старался не выдать негодование по отношению к Ирине за её болтливость в постели с врагом. Она же, будто чувствуя, разговаривала чересчур мягко и, записав, какие платежи куда пойдут, долго расписывала, какие замечательные у неё планы по продажам, что после того, как Джонсон получит деньги, она возьмет в оборот ростовских представителей Джонсона, которые обещали продвигать Совинком в Ростове, Краснодаре и Ставрополе.
«Только ни с кем не делись своими планами!» – мысленно твердил Андрей, вслух же поддакивая в ответ.
Закончив телефонные переговоры, он заметил, что в людской никого нет из компаньонов, только сотрудницы – Вероника и Карина. Он направился в другой кабинет. Ансимовы с Быстровыми обсуждали, у кого закупать полипропилен для Балт-Электро. Уфимский поставщик, у которого брали до этого, не располагал нужным объемом, возникла авральная ситуация. И тут Андрей уже не в первый раз отметил, что не владеет вопросом и не готов высказать свое мнение. Игорь, профессиональный кардиохирург, досконально разбирался во всех тонкостях, а ведь ещё недавно сидел во время общих обсуждений, хлопая глазами, за что получал нагоняй от Владимира.
Андрею показалось странным, что именно в этот момент он заскучал по временам, когда его чуть не насильно приводили в этот кабинет на собрания, Владимир запрещал делать посторонние звонки и вообще заниматься Совинкомом на заводе. Андрею приходилось вести свой медицинский бизнес тайком – делать нужные звонки, выходя на лестничную площадку, или по дороге на заводоуправление. И это несмотря на то, что Владимир с Игорем получали процент с продаж по волгоградской фирме. Да что там – доходило до того, что Владимир анализировал телефонные распечатки и заставлял Андрея оплачивать волгоградские звонки (хотя по идее, периодически возникала необходимость общения с волгоградским бухгалтером Экссона).
А была ли вообще гармония – когда он ощущал себя полноценным членом команды? Как-то незаметно прошла эволюция от того момента, когда его втолкнули на завод, как пробный шар, получится – не получится, и он был как ширма для Фарида, у которого Артур с Владимиром увели аккумуляторный бизнес и примкнули к Экссону лишь когда дело наладилось и стало ясно что их работодатель, Фарид, всё проглотил и навредить не сможет; и до сегодняшнего состояния, при котором Андрея, как выполнившего свою функцию, выталкивают на вольные хлеба осваивать целину, освоение которой никого не интересует. Да, золотая середина проскочила незаметно.
– Ну что, как там медицина, когда можно будет клювик помочить? – первым на Андрея обратил внимание Игорь.
Они стояли вчетвером у окна, Андрей же примостился на ближайший от окна стол.
Следом за братом Владимир обратился к официальному директору и учредителю Экссона:
– Что с деньгами, ты не опаздываешь в банк?
– Нет, поеду к двум часам.
Зазвонил телефон. Алексей подошел к столу, взял трубку. Выслушав от секретаря, кто звонит, сказал, что будет говорить, и она соединила. Игорь с Владимиром принялись обсуждать какие-то семейные дела. Артур приблизился к Андрею:
– Ну что, готов?
Андрей кивнул.
– Мы с братом дадим тебе… посмотрим, около полутора миллионов, – известил Артур о принятом инвестиционном решении. – Лёхе всё подробно распишешь.
– Да, а кто у тебя там всем рулит? – поинтересовался он, всматриваясь в глаза Андрею. – Есть надежный человек?
– Ну да, конечно!
И Андрей пересказал то, что уже многократно говорилось: есть такая Ирина Кондукова, Тишин, и другие. В конце концов, Максим, родной брат Андрея – правда он учится на дневном отделении мединститута, но в офисе Совинкома бывает каждый день.
– Просто у нас батя, он на пенсии, делать ему нечего, он может там присмотреть за твоими гаврилами, – не дослушав, перебил Артур.
– Давай, я с ним встречусь, пусть подъезжает, отлично, – стараясь не выдать своего удивления, ответил Андрей. Ему показалось это странным – как пенсионер будет управлять молодежью, да еще в такой далекой от строителя сфере, как медицина.
Артур между тем расхваливал достоинства своего отца: работал в торговле, бывший руководитель облпотребсоюза, и между прочим знает Халанского, так что можно смело поручать носить ему деньги.
«Да Халанского весь Волгоград знает, только главврач кардиоцентра даже от моего родного брата отказался принимать деньги, когда я не смог вылететь в Волгоград», – мысленно усмехнулся Андрей.
