– Давай сбежим отсюда ненадолго? – говорит он над моим ухом.
Убираю с плеча волосы, прилипающие к влажной коже на шее, и молча киваю, обернувшись. Я совсем не против выйти на воздух. Особенно с ним, ведь мы едва могли поговорить спокойно из-за всей этой торжественной кутерьмы.
Мироненко ведет меня за собой к выходу, сбегаем с крыльца банкетного зала и шагаем прямо по оранжевому свету фонарей, чтобы на какое-то время потеряться в вечернем полумраке. Забегаем в одну из дальних деревянных беседок, украшенных круглыми желтыми лампочками, и остаемся только вдвоем.
– Какая же ты красивая, – говорит Илюша, упираясь поясницей в край деревянного стола, и принимается жадно меня рассматривать.
– Хватит это повторять, – бормочу я с притворным недовольством.
– Не могу. Это выше моих сил!
Он обнимает меня за талию. Большие ладони чуть сильнее надавливают на поясницу, и я делаю шаг вперед, поднимая руки и зарываясь пальцами в густые темные волосы. Илюша запрокидывает голову и прикрывает глаза. На его губах играет мечтательная улыбка, и мне, как никогда, хочется забрать ее себе, прикоснувшись, но…
– Илюш, ты в порядке? – спрашиваю я, вспоминая, что сегодня не раз замечала его подавленное настроение, которое он усердно пытался спрятать за шутками и привычным балагурством.
– Конечно, – отвечает он. – А что не так?
– Мне показалось, что тебе здесь не очень комфортно.
– Показалось, – отмахивает он, потянувшись к моим губам.
Удерживаю его лицо в ладонях, останавливая, и заглядываю в глаза. Илюша склоняет голову, сильнее прижимаясь щекой к моей руке, и вымученно вздыхает.
– Алиса, все хорошо, просто… Просто у вас такая классная семья. Знаешь, я вдруг понял, как на самом деле это важно. И как круто, когда родители счастливы вместе, а не… Ну, как у меня.
Илюша уже давно рассказал мне подробности своей семейной драмы. Его родители познакомились еще в школе, в девятом классе начали встречаться, а в конце одиннадцатого узнали о том, что их ждет пополнение. Быстрая свадьба сделала их семьей, а ребенок привязал друг к другу, но отношения с каждым годом становились все хуже. Бурные ссоры, жестокие скандалы, взаимные упреки и претензии. Полтора года назад случился развод. Мать Ильи хотела уехать к родственникам в соседний город вместе с сыном, но отец не желал отпускать бывшую супругу с миром, поэтому Илье пришлось остаться с ним в качестве заложника. «Хоть один из нас должен был поскорее спастись от этого урода», – сказал мне тогда Илюша.
– Все еще может измениться и наладиться, – ласково говорю я. – Скоро мы уедем, и тебе больше не придется терпеть тиранию своего отца.
– Надеюсь, я никогда не стану даже чуточку похожим на него, – серьезно заявляет Мироненко.
– Конечно, не станешь! Это невозможно!
– А что, если нет? Мама часто повторяла ему во время ссор: «Я тебя совсем не знаю. Ты уже не тот человек, в которого я влюбилась». Вдруг время изменит и нас слишком сильно? Вдруг через несколько лет мы с тобой тоже перестанем узнавать друг в друге тех, кого полюбили?
Ветер качает ветви могучих сосен, издалека доносятся звуки музыки. Смотрю в темные грустные глаза Мироненко, в которых отражается свет мелких лампочек, и разделяю с ним беспокойство и страх перед будущим. Мы не можем знать наверняка, что нас ждет, как может повернуться и измениться жизнь. Не можем с уверенностью сказать, что не повторим чужих ошибок и не наделаем своих, но… То, что я испытываю к нему сейчас, – это огромное и всепоглощающее чувство, оно заставляет меня искренне верить, что вместе мы обязательно справимся.
– Значит, у нас будет шанс влюбиться снова и полюбить уже новых нас, – смело произношу я, наплевав на то, что заветные желания нельзя произносить вслух.
– Алиса… – приглушенно выдыхает он и обхватывает меня обеими руками, крепко обнимая. – Спасибо. Это именно то, что мне нужно было услышать.
Прижимаюсь щекой к его щеке, вдыхая хвойный аромат уходящего дня. Я не хочу даже представлять, что нам с ним когда-нибудь придется расстаться. Пожалуйста, пусть эта вероятность навсегда останется в списке возможных, но не исполнившихся.
– Знаешь, а ведь следующая свадьба, на которой мы будем гулять, возможно, будет свадьбой твоей мамы, – тихонько посмеиваюсь я. – Ты ведь говорил, что у нее недавно появился какой-то ухажер.
– Да, только я его еще не проверил. Поеду знакомиться на следующей неделе. – Его тон становится воинственным и чересчур серьезным.
– Ну ты там это… Не переусердствуй, ладно?
– А хочешь поехать со мной?
– Чтобы устроить двойное знакомство?
– Ну да. Чего тянуть-то? Если не на маминой, то мы с тобой можем погулять и на нашей свадьбе. Надо бы поскорее подготовить почву.
Удивленно замираю. Горячие губы скользят по линии моей челюсти, а после оставляют несколько пылких поцелуев на шее.
– Не думаю, что нам стоит так торопиться, – выдавливаю я, но разум все сильнее туманит волнение от жарких касаний, что так похожи на знойные и беззаботные летние дни.
– Дай мне помечтать, – усмехается Илюша, обхватив мой затылок. – Когда-нибудь я задам тебе другой вопрос, но сейчас… Алиса, можно я…
