- Ты смотри! – улыбнулся Аркадий. – Жить хочет. Эх, Александр! До каторги меня доведёшь. Значит, так. Никому и никогда не говори, для чего сюда приходил. Я сообщу тебе, в какой детский дом попадёт твой сын. Потом. А что мать? В больнице?
- Умерла, - прошептал я. Импровизировать приходится на ходу! – Это и боль моя, и печаль…
- Иди, борись с печалью, - приказал врач. – Малыша нужно спасать. Я сам этим займусь.
Не дожидаясь, пока я покину кабинет, Аркадий опрометью выбежал за дверь. Да, нам обоим очень повезёт, если об этом инциденте никто не узнает. Но, шагая в Редакцию, я не чувствовал страха. Нет. Только облегчение, эта приятная нега, будто всё сделал правильно. По моей щеке пробежала слеза, но смахнуть её не было никакой возможности. Всё эти маски!»
<p>Запись 29</p>В помещении горел тусклый свет. Главред сидел за столом, пытаясь рассмотреть своего собеседника. Но увидеть его было непросто. С одной стороны, черты лица знакомые… С другой, кто же это? Знакомы ли они?
- Скажи честно, Александр Р-101… - просил магистр Крокс. – В чём я ошибся? Что сделал не так?
- Всё так, - пожал плечами Главред. – Всё. Просто так получилось. Честно.
- Ты понимаешь теперь, что нам всем конец? И тебе, и мне, и даже целой Сфере?
Александр открыл глаза. Он долго не мог понять, где находится и что делает здесь. Прокручивал в памяти события последних недель. До чего же всё перемешалось! До чего же перекрутилось! Может ли он вообще найти хоть какую-то логику в своих действиях? Так, давай вспоминать. С одной стороны, должность пресс-канцлера уже была у него в кармане. Он даже бассейн видел, настоящий бассейн!
Или другая сторона… Путь к свободе. Ведь Поэт с Владимиром как-то попадали в метро! Значит, туда можно пройти с внешней стороны Сферы. Да чего там, если бывший солдат умудрился своего ребёнка сюда затащить! Кстати, интересно, что с ним стало. Выжил ли он? Нет, не стоит отвлекаться от главной мысли. Почему всё пошло именно так и почему Владимир оказался не во Дворце возле Главы, не на свободе, где можно есть фрукты прямо с дерева…
А здесь, в тюрьме? На что он надеялся? Выживет ли он после стольких дней мучений и издевательств? Пожалуй, от боли у него просто помутилось сознание. Ведь какой-то план был. Логика в его действиях. Иначе и быть не могло! Он просто не влез бы в эту авантюру, если бы не был изначально уверен в успехе.
«Мысли плясали в моей голове, словно пыль под лучами света. Мне было тяжело. Двойне тяжело от того, что совсем недавно у меня было всё. И даже больше! Было ли это на самом деле? Или мираж, или это мне приснилось? Я подумал, что мне просто нужно сделать то, что хорошо получается – написать что-нибудь. Какую-нибудь статью, или эссе, или маленькую заметку.
Но здесь, в тёмной камере, нет моих лэптопов. Нет даже огрызка карандаша с клочком бумаги. А потому я представил у себя в голове, что снова сижу в своём кабинете. Что напротив меня – экран, тускло светящийся в темноте. О чём бы я написал тогда? Пальцы забегали по невидимой клавиатуре, а передо мною возникли строчки…
…Нескончаемый поток машин плыл в русле дороги, а на моих глазах разворачивалась целая трагедия. Молодого гражданина вели сразу пять стражей Закона, преступник шёл обреченно, опустив голову, и даже не пытался сопротивляться.
